Разумеется, среди женщин есть счастливицы, которых мужчины никогда не бросали. Возможно даже, таких большинство. Но если ты не из их числа, и тебе не повезло? Если муж оставил тебя одну с детьми на руках, без всяких средств к существованию и с огромным денежным долгом. Тебе хочется выть? О’кей, твое право – немного можешь поплакать. Только сильно не увлекайся! Лучше подумай, а вдруг все к лучшему? Ведь ты красива, умна, энергична. Сексуальна, в конце концов! Ты забыла об этом? Тогда самое время вспомнить, что тебе все по плечу, что весь мир ляжет к твоим ногам, стоит тебе только этого захотеть!
Авторы: Веденская Татьяна Евгеньевна
всю мою душу насквозь. Да на хрена мне все эти деньги, все эти работы, если я потеряю единственного и невозможного больше никогда мужчину моей жизни? Господи, ну почему ты сказал, что скромность – это добродетель. Что же мне теперь делать?
– Звони ему, – вдруг сказал Алекс. – Может, еще не поздно.
– Ты считаешь?
– Звони. Конечно, если бы об меня вытирали ноги так, как это делала ты, я бы уже давно трахал другую. Но это я, – успокоил меня он. Я набрала рабочий номер Руслана.
– Его нет. Его не будет до десятого числа. – Прогнусавил мне голос его секретарши.
– До десятого чего?
– Января, – плюнула она мне и отключилась. Я набирала недоступный мобильный, я натыкивала его домашний номер, но все впустую. Не иначе, как в соответствии с фантазией Алекса он уже имеет кого-то где-нибудь в каком-нибудь подмосковном пансионате. А ведь это могла быть я! Я могла бы часами валяться в его объятиях, есть клубнику из его рук вместо того, чтобы чахнуть над зеленой макулатурой. Много ли мне было надо? Всего-то тысячи полторы в месяц, чтобы чувствовать себя свободной. Да и надо ли мне чувствовать себя свободной. Зачем мне это свобода, если нет Руслана? Зачем я гонялась за сотнями тысяч? Что, их не сможет мне обеспечить Руслан? Неужели я настолько дура, что совсем не видела, что мой придурок-муж Сергей и Руслан – два абсолютно разных и взаимоисключающих человека!!!
– Я дура-а-а-а!!! – завыла я и уже не останавливалась. Алекс, с трудом шевеля пропитыми мозгами, поил меня водой и успокаивал. Я успокаиваться отказывалась и истерично набирала оба Руслановых номера на двух телефонах сразу. От фразы «абонент выключен или находится вне зоны действия сети» меня тошнило.
– Поезжай к нему домой. Вдруг он просто не берет трубку? – решил избавиться от меня Алекс.
– Как я поеду, я же пьяная.
– Во-первых, уже шесть часов вечера. Ты тут рыдаешь уже три часа. А во-вторых, если что – откупишься.
– Да, – согласилась я. В первый раз деньги не разъединят, а соединят меня с Русланом. Я села в Пассат и покатила, размазывая сопли по щекам, в сторону Усиевича. Двадцать седьмое число – дата слишком новогодняя, поэтому пробок на дорогах было столько, словно по улицам нашего города покатили автомобилисты всей великой Руси сразу. Мы, в общем-то, не ехали, а стояли, и видимо, только из-за естественного вращения земли вокруг своей оси мы перемещались вперед хоть иногда. За те два часа, что я ехала на Сокол, я успела уже урыдаться вдрызг, пару раз умыться минералкой, трижды накраситься, и трижды все стереть. Стараясь не смотреть в зеркало, так как последствия вышеописанного были ужасны, я выпрыгнула из машины, чуть не споткнувшись об собственную дорогущую шубу, побежала к нему. Надо заметить, что вот уже полгода, как у меня в сумке лежат ключи от Руслановой квартиры. Но посещать ее без него мне раньше не приходило в голову. Времени не было, много было этой моей долбаной работы. Я позвонила в дверь. Никто не открыл. Я позвонила еще. И в телефон, на всякий случай, тоже. Еще минут пятнадцать я уговаривала себя не бежать без оглядки, а все же зайти внутрь.
– Всего на минуточку, Оля. Только убедишься, что его нет и уйдешь. Ты должна, ради своего счастья. – И, наконец, торжественный момент! Я открываю дверь ключом. С первого раза, так как у Руслана очень простой замок. Большой и надежный, как и он сам. Открываю дверь, вглядываюсь в полумрак. На полу в гостиной сверкает разноцветными огоньками гирлянд наряженная по последнему слову моды пальма. А около этой тропической зеленой красавицы сидит в позе лотоса Руслан.
– Что с тобой, дорогой, – испугалась я и побежала к нему. Но дорогой просто спал, свесив голову себе на грудь. Около елочки, простите, пальмы, стояла бутылка коньяку. Руслан был пьян.
Я очень устала от всех треволнений, измучилась, названивая ему и не дозваниваясь. Мне надоели муки совести, к ним я совсем не была приучена. И все же, глядя на него, мое сердце замирало от счастья.
– Как ты прекрасен, – прошептала я. Достаточно громко, надеясь, что он проснется. Но он не проснулся и я принялась целовать его прекрасные черные с проседью волосы.
– Господи, как я могла жить, не целуя тебя? Я сошла с ума! – он зашевелил губами.
– Ты так красив, что просто ослепляешь. Я люблю тебя! – уже в голос говорила ему я, целуя плечи, обхватывая его лицо ладонями и целуя глаза и щеки.
– М-м-м, – сказал он мне в ответ и лег на пол. На свой идеально ровный утепленный пол. Я подумала-подумала, да и сделала то же самое. Только одеяло принесла. А что? Зачем будить
