Искушение невинности

а не только лежа на спине.
Сейчас он держал ее так, что мог бы запросто проникнуть в нее. Лодыжке стало холодно — он потянул платье вверх.
— Керан…
— Что, Бриджет?
Юбка ползла все выше, и холодный воздух уже щекотал колено. Ей стало страшно. Лучше бы знать, что он задумал, чем дрожать в ожидании. Впрочем, пусть не думает, что она покорно подчинится его воле. Бриджет уперла ладони ему в грудь.
— Что вы от меня хотите? — Она была довольна, что ее голос звучит уже куда увереннее. — Вы намерены опозорить меня перед своими людьми, задирая юбку, словно уличной девке?
Он сгреб в охапку подол платья. Бриджет вызывающе вскинула голову.
Спускалась ночь, и его лицо тонуло в темноте. Темнота каким-то образом усиливала обуревающие ее страстные желания. В темноте, однако, и отступить было легче, да гордость не позволяла молчать.
— Если вам угодно дразнить меня, Бриджет, имейте в виду — я всегда принимаю вызов.
Он снова потянул платье вверх.
— Я не бросала вам вызова, сэр.
Его рука легла на ее ногу, и она ахнула от этого-жаркого прикосновения…
— Ах, милая Бриджет, позвольте не согласиться. Вы ведете себя вызывающе, так и подмывает наложить на вас руку.
Керан прикоснулся к ее бедру, и эта ласка была ей отнюдь не неприятна. Воздух, казалось, сгустился в легких, и она с трудом сумела выдохнуть.
— Значит, если я не веду себя подобно жеманной дурочке, вы и решили, что можно меня унижать?
Сумерки мешали видеть, но, кажется, его губы сердито сжались. Рука, лежащая на ее ноге, замерла, даруя Бриджет передышку от сладкой ласки.
— Вы моя жена. Я имею право вас ласкать. В чем же здесь унижение?
— В самом деле, милорд? Хорошо ли это — стоять с задранной выше колена юбкой, и любой из ваших людей может любоваться моими ногами?
— Никто из моих людей не осмелится.
— Или просто не признаются, что им нравится зрелище, милорд. К тому времени как вы решите пощадить мою скромность, они, вероятно, уже успеют незаметно ускользнуть.
Смелые слова и опасные, потому что на этот раз она действительно бросала ему вызов. Виноваты ли сумерки или страстное желание, которое Керан в ней вызвал, но Бриджет невольно подстрекала его делать то, что ему так хотелось. Как бы там ни было, слова были сказаны.
Он отнял руку, и юбка упала, закрыв ноги.
— Вы правы, Бриджет. Вы не девушка, а, скорее, женщина. Такая женщина, которая очень хорошо умеет сводить мужчин с ума.
Судя по тону, это не было комплиментом. Однако он не отошел, а остался стоять, крепко прижимая ее к стволу дерева. В его взгляде она читала желание доказать ей свою силу, свое превосходство над ней…
По спине пробежала дрожь. Бриджет уже знала, что она означает — телесное желание. Так чудесно было в его объятиях. Но он был ее противник, его твердость против ее нежности. Контраст был возбуждающим.
— Я буду с нетерпением дожидаться того момента, когда мы окажемся наедине в моих покоях в Эмбер-Хилл. Там я проверю, чему вас все-таки обучили.
В ночной темноте его губы завладели ее ртом, вырывая у нее страстный поцелуй. И Бриджет была поражена, насколько приятна ей была его захватническая манера. Губы прижимались к ее губам, заставляя их раскрыться; затем его язык ворвался внутрь. Эта бесцеремонность вдруг породила в ней безумное желание прижаться к нему всем телом как можно крепче. Ей не хотелось быть узницей; она жаждала иного. Она гладила могучие мышцы его груди, пока руки не нашли опору — мужские плечи, и она смогла сцепить пальцы и обнять Кфана. Наклонила голову немного вбок, так было удобнее обоим. Тихий стон вырвался из груди Керана, и он обнял ее затылок.
— Дайте мне ваш язык, Бриджет.
Да…
Эта мысль показалась ей вдруг очень понятной. Раскрыв губы навстречу его поцелую, она провела языком вдоль языка Керана. Но неумолимый напор мужской плоти внизу ее живота мешал полностью отдаться наслаждению поцелуем. Рука Керана покинула ее затылок, приласкав по пути стройную шею, прежде чем дерзко опуститься на грудь. Бриджет задрожала от возбуждения. Ей не терпелось почувствовать на себе ласку его пальцев. Если бы его рука опустилась ниже, она бы узнала, каково это.
Она умирала от желания это узнать…
Она отступила, опустив руки, упав спиной на древесный ствол, вместо того чтобы обнимать Керана. Ее испугала сила собственного желания. Конечно, она видела Мари с Томасом, но разве могла она знать, как воспламенится собственное тело, принимая ласки, Керана?
— Хватит, Керан! Мы договорились, что здесь не место для…
Почему ее голос хрипит? Бриджет испуганно замолчала, вцепившись пальцами в грубую кору древесного ствола.
Он позволил ей отодвинуться,