Мир Эрсиана ждут перемены, большие перемены… и как бы они не стали фатальными. Что делать, если еще вчера ты был учеником Гильдии видящих, а сегодня уже солдат? Что делать заклейменному человеку, обреченному служить в Мертвом Легионе? Выжить на протяжении пяти лет там, где не живут больше года в мирное время. Фигуры занимают свои места, а вот Игроки пока не спешат.
Авторы: Миротворцев Павел Степанович
здесь не опускалась и до десяти градусов. И это было хорошо! Энергия на поддержание организма почти не тратилась, а ходил я лишь в одних штанах и рубахе.
Первыми, кто попался нам, оказались Лирт и Варлд. Мы только собирались к ним заползти в «нору», как они нам навстречу.
– Ё! – вскинул руку Лирт. – Вам стало скучно в компании друг друга, и вы решили разбавить свое общество новыми людьми… мм?
Тирм привычно захохотал, показывая свою «недалекость».
Зачем он вообще выбрал себе подобное амплуа? Не так давно я поинтересовался на этот счет. Ну и, как это водится, все оказалось до банальности просто. До Легиона он дружил с одним алхимиком, и тот его порядком «защитил» в плане различных зелий. И вот когда он оказался в Легионе, его, как и всех остальных, допрашивали с помощью зелий. А он в этот момент мало того что все прекрасно соображал, так еще и зелье памяти на него не подействовало. Весь допрос он запомнил в мельчайших деталях, а там он, закономерно опасаясь дознавателей, показал себя несколько глуповатым верзилой. Попав же в основной лагерь и пока не разобравшись, что вообще вокруг него происходит, он так и придерживался выбранной маски. Ну а потом это просто вошло в привычку, да и смысла показывать свое «настоящее» лицо Тирм не видел. Вот оно все так и осталось.
Собственно, во всем его рассказе меня по‑настоящему заинтересовало упоминание алхимика и его зелий. Я в свое время тоже озаботился собственной безопасностью, но больше налегал на различные яды, поэтому мне стало крайне любопытно: чем же именно он поил Тирма? Просто зелье памяти и зелье правды относились к крайне специфическому разделу. Вследствие чего лишь очень незначительное количество алхимиков обладало знаниями и умениями для создания даже обыкновенного антидота, не говоря уж о полноценной сыворотке. Я сам, например, в свое время озаботился только защитой себя от зелья правды, но и это далось мне нелегко, а ведь меня учил один из известнейших мастеров. Впрочем, это все еще ни о чем не говорило – мало ли у кого учился знакомый Тирма! Ведь даже у моего учителя, помимо меня самого, было еще целых пять учеников.
– Не совсем, – покачал я головой, скалясь в дружелюбной улыбке, – мы пришли ставить эксперименты.
– У нас есть право отказаться? – наигранно холодно осведомился Лирт, выпрямляя спину и пронзая нас взглядом своих зеленых глаз.
– Нет, но у вас есть право хранить молчание во время проведения эксперимента, – перековеркал я фразу столичных стражников.
– Тогда мне необходимо подумать!
– У вас нет такого права.
– Какие жестокие нынче настали времена, – тяжко вздохнул он, смахивая пальцем несуществующую слезу.
– Ну, так и?.. – подал голос Варлд. – В чем заключается этот ваш эксперимент?
– Все, что от вас требуется, – посидеть немного в одной позе и помолчать, причем молчать лучше в «норе».
– Нет проблем, – безразлично пожал плечами Варлд, а затем, развернувшись и пригнувшись, забрался в выделенную для него и Лирта «нору».
– Прежде чем мы начнем, – вновь заговорил Лирт, провожая взглядом Варлда, – я должен вам заметить, что придерживаюсь сугубо традиционной ориентации в выборе партнера.
– Чё? – нахмурился Тирм, якобы не понимая.
– Он говорит, – подыграл я здоровяку, – что ты не в его вкусе.
Довольно грозно зарычав, Тирм сделал шаг по направлению к Лирту, но тот, закричав в притворном ужасе: «Насилуют!» – нырнул в «нору».
– Шутник, блин, – пробормотал я, залезая следом за ним.
– Да еще какой, – едва слышно пробормотал Тирм.
Нет, я, конечно, уже не раз становился свидетелем розыгрышей Лирта, но, судя по голосу Тирма, за его словами крылись воспоминания о чем‑то особо запоминающемся. Надо будет поинтересоваться по этому поводу. Во‑первых, любопытно, а во‑вторых, опять же психопортретик обновлю. Люблю полные данные.
В «норе» Варлд устроился на своем топчане. Усевшись на задницу и скрестив ноги, он, приподняв бровь, посматривал на Лирта. Этот хохмач, развалившись на своем лежаке, довольно улыбался и, судя по хитрым глазам, вот‑вот был готов сморозить очередную глупость… Долго ждать не пришлось. Не успел я усесться перед Варлдом, как в «нору» забрался Тирм, а Лирт только этого и ждал.
– Иди сюда, мой хороший, – призывно погладил он одеяло рядом с собой. – Покажи мне все, на что ты способен, зверь мой!
– А как же традиционная ориентация? – насмешливо поинтересовался я, передавая светильник вползшему Тирму.
Сидеть в темноте мне не хотелось, поэтому его я захватил специально, а то ведь подобной роскошью обладал только я один. Остальным приходилось довольствоваться одними лишь разговорами в темноте… за исключением
