Мир Эрсиана ждут перемены, большие перемены… и как бы они не стали фатальными. Что делать, если еще вчера ты был учеником Гильдии видящих, а сегодня уже солдат? Что делать заклейменному человеку, обреченному служить в Мертвом Легионе? Выжить на протяжении пяти лет там, где не живут больше года в мирное время. Фигуры занимают свои места, а вот Игроки пока не спешат.
Авторы: Миротворцев Павел Степанович
умеет быстро создавать плетения, но из‑за своей скорости он не успевает напитать их большим количеством энергии, а Торл – наоборот. Он создает плетения в два раза медленнее, но зато в три раза сильнее. При одиночных схватках Шун бы просто не давал времени на контратаку, а Торл ставил защиту, которую бы замучились пробивать. Однако при соотношении «два на два» или даже «три на два» все становилось совсем наоборот. Шун работал только на Защите, его скорости и умений вполне хватало, чтобы успевать защититься от трех атак. В то же время Торл создавал одно долгое, но чрезвычайно мощное атакующее плетение. Можно сказать, это была особенность Силы Торла, он при наличии времени без особого труда напитывал плетения энергией, раз в пять превышавшей нормальный уровень. Это как шить платье из почти невесомых шелковых ниток или толстых, пропитанных смолой канатов. Многие ли люди способны завязать такие канаты в узел? А в двадцать узлов? Вот и здесь срабатывал схожий принцип. Правда, когда я стал свидетелем прошлого боя, на мне была печать Хомана, поэтому сказать, насколько сильно отличаются их конечные плетения, то есть напитанные максимально возможной энергией, я не мог. Однако и того, что видел, мне вполне хватило для некоторых выводов. Если Шун по скорости создания плетений уже был на уровне Ранл‑Вирна четвертой ступени, тогда Торл по уровню насыщения энергией находился там же. Отсюда вопрос: когда они перейдут на следующую ступень? Ведь одной ногой они уже стоят на ней.
– А у тебя какая направленность? – поинтересовался Шун, пока я раскладывал по полочкам их Силу.
Услышав вопрос, я посмотрел на него как на больного:
– Ты вообще понял, что сейчас спросил? Вернее, у кого спросил?
– А что не так?
– Все не так. Не позволяй моей энергии обмануть себя, я нахожусь где‑то между Ранл‑Гарном и Арх‑Гарном, то есть восьмой‑седьмой ступенью.
– Ну и?
– А то, что достиг я такого мастерства меньше чем за год, поэтому у меня такие перекосы в умениях, что направленности как таковой просто нет. Я хватался за все, что мне нравилось, из‑за чего, даже несмотря на старания Учителя, который периодически указывал мне путь, я развился слишком неравномерно. Тем более что теперь у меня вообще не может быть направленности. Я могу развивать все. Да ведь вы же и сами видели мои показатели. У меня вариативность в сто!
– Точно, – кивнул Шун, – совсем забыл. Просто ты не пользуешься своей Силой, и у меня этот факт как‑то вылетел из головы.
– Так что там насчет Видящих? – напомнил я. – Трудно будет?
– Как знать, – неопределенно пожал он плечами. – С таким количеством энергии, – он выразительно посмотрел на бушующую между нами «бурю», – мы еще повоюем. Здесь ведь энергии в несколько раз больше, чем у нас было во всех Кристаллах Силы, вместе взятых. И ощущается она как‑то намного чище, чем в Кристаллах, почти как своя.
– Интересную печать ты знаешь, – вставил Торл. – Я про такую даже не слышал.
– Мне Учитель показал, а так я тоже ни о чем подобном не слышал.
– Это он тебе удачно показал, – хмыкнул Шун. – У нас появились шансы, и довольно большие.
– Если только им опять не повезет, – вновь заговорил Торл… Может, моя энергия сказывается?
– В смысле – «не повезет»? – слегка удивился я. – И как же им уже везло?
– Ты не поверишь, – принялся дергать себя за косичку Шун, – но мы их должны были убить уже целых три раза… ну пусть даже два, но им, демон их задери, везло так, как я еще никогда в жизни не видел, чтобы кому‑нибудь везло. Последняя ловушка вообще сработала словно часики, а итог все равно один. Из‑за чистого везения все пошло кувырком… кстати, почти в самом прямом смысле. Мне в последний раз так обидно было еще в детстве, когда у меня целую коробку игрушек украли.
Выглядел Шун действительно обиженным, даже Торл вздохнул, а это уже говорило о многом. Правда, лысый, здоровый Торл, смотрящий темно‑карими глазами из‑под насупленных бровей, и Шун, со своими раскосыми глазами убийцы, жалости как‑то не вызывали. Совсем.
– Деталей, конечно, не понял, – склонил я голову к плечу, – но проникся, проникся… надеюсь, хоть что‑нибудь положительное случилось?
– Думаю, амулетов у них уже почти не осталось… по крайней мере, если и осталось, то очень мало.
– Мощных нет, – подал голос Торл, – а что послабее – мы пробьем.
– Е‑ех‑х‑х! – вздохнул я, взъерошивая себе волосы. – Жаль, у нас нет.
– Увы, – развел руками Шун. – Не наша специальность. У нас во всем Легионе сильные амулеты есть только у Карста да Арварда, остальное – так, мелочовка.
Сильные амулеты. Факт. Запомнить.
– А о ваших способностях эксвайские Видящие много знают?
– Боюсь, что они видели
