Мир Эрсиана ждут перемены, большие перемены… и как бы они не стали фатальными. Что делать, если еще вчера ты был учеником Гильдии видящих, а сегодня уже солдат? Что делать заклейменному человеку, обреченному служить в Мертвом Легионе? Выжить на протяжении пяти лет там, где не живут больше года в мирное время. Фигуры занимают свои места, а вот Игроки пока не спешат.
Авторы: Миротворцев Павел Степанович
«доверие» или как‑то так. Естественно, с другой шкалой измерения. Параметр «слияния» переименовать в «степень поглощения» или, по крайней мере, изменить шкалу измерения. Осмотр Кройца теперь мог помочь только в измерении Силы, вариативности и, возможно, в какой‑то степени с кси‑фоном. Хотя насчет последнего я откровенно сомневался.
Сейчас все мои Источники вышли на совершенно иной уровень, поэтому я мог бы еще и раньше догадаться, что после таких изменений обычные измерительные плетения здесь уже не помогут. Возможно, что для измерения Дара Ранл‑Вирнов и Арх‑Дайхаров даже не придумали плетения. И ведь такое вполне было возможно. Например, все это время я считал, что моя Глубина Слияния больше, чем у Арх‑Дайхара, но вот с чего я это вообще взял? Из того факта, что максимальная известная цифра для «слияния» равняется «7» для Жизни и «13» – для Смерти? Однако если осмотр Кройца теряет свою объективность для пробужденных Источников, то совсем неудивительно, что известные цифры столь малы. Просто в этом самом осмотре больше не было смысла. О чем правильные Искусники – не такие, как я, – развивающиеся под присмотром других, более опытных товарищей, скорее всего, знают сами. Хм…
Опытные товарищи? А ведь это мысль!
Получение необходимой информации. Анализ. Итог.
Это будет интересно, но мог бы и сознательно догадаться. Главное, чтобы Карст был прав. Ну а пока другие источники мне недоступны… пошевелив пальцами рук, над которыми все еще «плавали» остатки энергии от развеянных плетений, я так по‑доброму‑доброму взглянул на Торла. Здоровяк все понял правильно, отхлынувшая от лица кровь стала тому доказательством. Верно. После битвы Искусников, которой я стал свидетелем, у меня к ним накопилось оч‑чень много вопросов. А о моей жажде знаний они знали не понаслышке. Торл, будто спасаясь, прикрыл глаза ладонью. Нет, дорогой, демонов можешь не вспоминать, никуда я не исчезну. Опустив взгляд на свои руки, я вновь пошевелил пальцами, над которыми буквально минуту назад пылали плетения, сформированные лично МНОЮ. В первый раз больше чем за полгода.
А жизнь‑то налаживается!
ЭпилогЗвенья Фарцваха
– Все, готово! – Тимс, откинувшись на спинку своего стула, расслабленно поболтал в воздухе кистями рук. – Можешь смотреть.
Чаар, и без того уже едва не подпрыгивавшая на месте, мгновенно оказалась на ногах. Легкий шелест травы, задеваемой подолом просторного платья, – и вот девушка, склонившись над плечом полуголого Тимса, посмотрела на картину.
На фоне заходящего ярса на камне сидела молодая красивая девушка, одетая в белое просторное полупрозрачное платье. Черные легкие туфельки, одна нога на земле, а другая, оголенная и отведенная чуть в сторону, на самом камне. Девушка сидела, слегка откинувшись назад на расставленные за спиной руки. Длинные светлые распущенные волосы, яркие голубые глаза, радостно смотревшие на мир, и самые прекрасные черты лица, какие только могут быть.
– Пойдет, – кивнула Чаар и благодарно чмокнула в щеку перемазанного краской Тимса. – На картине я почти такая же красивая, как и в жизни.
– Я не стал рисковать и изображать тебя во всем твоем великолепии – вдруг эта картина достанется кому‑то другому? А я не хочу, чтобы на тебя смотрели другие! – наигранно страстно отозвался парень.
От такой ничем не прикрытой лести глаза Чаар широко распахнулись. Несколько мгновений она изумленно смотрела на хитро улыбавшегося Тимса, после чего весело рассмеялась, а затем, вновь склонившись к парню, поцеловала его – глубоко и страстно.
– Вот! – одобрительно кивнул Тимс. – Совсем другое дело, а то какой‑то жалкий чмок – и ничего больше.
– Жалкий?! – мгновенно вспыхнули глаза Чаар, но от неприятностей парня спасли неожиданные визитеры.
– Я смотрю, вы тут вовсю наслаждаетесь жизнью? – раздался добродушный голос за спиной у пары.
Чаар, уже собиравшаяся вцепиться своими коготками в шею Тимса, скосила глаза в сторону.
– Иларий? – не скрывая своего удивления, спросила девушка. – Неужели…
– Да, – кивнул мужчина и, отступив в сторону, открыл вид на своих спутников.
Листер, Ретсар и Элианна. На этакой небольшой природной обзорной площадке с прибытием новых людей сразу стало тесно. И если Элианна – невысокая черноволосая и зеленоглазая женщина – и Ретсар занимали места не больше обычных людей, то тот же Листер мог сойти за троих. Да и Иларий представлял собой мужчину впечатляющих габаритов. Больше всего он походил на шкаф, положенный на бок. Росту в нем было чуть меньше сажени, зато в ширину больше той же самой сажени. Еще одна из многочисленных жертв Искусников, ставивших эксперименты
