Мир Эрсиана ждут перемены, большие перемены… и как бы они не стали фатальными. Что делать, если еще вчера ты был учеником Гильдии видящих, а сегодня уже солдат? Что делать заклейменному человеку, обреченному служить в Мертвом Легионе? Выжить на протяжении пяти лет там, где не живут больше года в мирное время. Фигуры занимают свои места, а вот Игроки пока не спешат.
Авторы: Миротворцев Павел Степанович
зашушукались, затем кто‑то отпустил пошлую шутку, Тирм раскатисто захохотал, остальные тоже загоготали. Вся идиллия вечерней посиделки была разрушена в мгновение ока. Лучи Ярса все еще согревали землю, поэтому света было достаточно, и Карста успели заметить до того, как он оказался непосредственно у нас за спинами. Десяток практически синхронно взвился на ноги.
‑ Поели? ‑ ласково спросил он.
Интересно, в тот момент только у меня от его голоса выступил холодный пот или нет? Как бы то ни было, мы все дружно выразили согласие.
‑ Тогда… тренировка!
Ой, великий Эрсиан, мне плохо.
Спустя четыре часа я стоял на карачках и сплевывал лишь одну желчь, съеденный ужин вышел еще в первые часа полтора. Десяток давно уже завалился спать, стояла кромешная темень, где единственными островками света были многочисленные костры лагеря, а моя «тренировка» все еще продолжалась.
‑ Поднимайся, жалкий выродок захарда!!! ‑ рявкнул Карст у меня над головой.
Мне ничего не осталась, как подняться на ноги, противоположность была страшнее.
‑ И как только таких слабаков свет носит?
Ага, так я тебе и ответил. Ответишь, и тогда точно будет конец, именно поэтому я молча выслушивал новую порцию оскорблений в свой адрес. Причем Карст совершенно не повторялся. В один и тот же день от него можно не раз услышать только поминание захарда, но остальные ругательства ‑ никогда!
‑ Ладно, на сегодня хватит, ‑ напоследок бросил десятник и беззвучно растворился в темноте, возможно, пошел спать… правда, я еще ни разу не видел его хотя бы только проснувшимся, не говоря уж о спящем.
Постояв несколько секунд в ожидании возвращения капрала, я, наконец, шатаясь от усталости, отправился к своему месту. Завалившись на тонкое одеяло, огляделся, но никто не обращал на меня внимания. Просто после сегодняшней лекции про виды энергии каждый заинтересовался возможностью использования хотя бы одной. Погружение в глубины Лрак`ара можно проводить хоть когда и при любых обстоятельствах, хотя сейчас я просто уселся на своем месте. Закрыл глаза и «нырнул», именно так называют погружение в Лрак`ар. Просто оно представляет собой именно этот процесс. Обычный и привычный мир резко уступает место совершенно другому, все равно как при прыжке в воду. Ты как бы оказываешься в своем теле, вернее появляется возможность посмотреть на себя «изнутри»… по крайней мере, это самое близкое по смыслу слово. В Лрак`аре видишь все совершенно по‑другому, абсолютно иной взгляд на собственное тело, и, главное, дает определенные возможности. Можешь наблюдать за его работой, менять привычный ход вещей и помогать восстанавливаться.
Находясь в Лрак`аре, я воспринимаю наложенную на меня печать как некий барьер. Каналы Источника, которые раньше были насыщены энергией Мира, сейчас пустовали. Сила Видящего ‑ это Дар, заключающийся в способности притягивать, аккумулировать и применять накопившуюся энергию; сейчас я не притягивал, не запасал и не мог пользоваться. Моя Сила Искусника была прочно заперта за барьером печати. Энергия Души, вернее, условно говоря, область, где она находилась, также оказалась в недосягаемости, однако было еще кое‑что, сильно выбивающееся из общей колеи.
За прошедшие недели после событий у Гильдии, мои энергетические каналы пришли в относительный порядок, они несколько расширились, сместились и уплотнились, но, как уже сказано, пришли в относительный порядок. Схожие изменения претерпели и обычные, жизненные. Становилась более понятной моя возросшая в последнее время выносливость, а то от нагрузок Карста простой человек мог и сдохнуть. Вот только появились еще каналы какого‑то другого Источника, красные, чужеродные и совершенно дикие. Во многих местах они переплетались с обычными, а кое‑где и вовсе проникали за барьер или, наоборот, выходили из него. Эти каналы блуждали по всей моей внутренней системе, они становились устойчивыми, лишь «зацепившись» за обычные. Ради эксперимента я потянул один из участков ярко‑красной пульсирующей линии в сторону обычной. Сначала линия поддавалась тяжело, так и норовя уползти в противоположную сторону. Не будь на мне печати, я бы просто зачерпнул накопленной энергии и легко справился с поставленной задачей, но сейчас мне пришлось задействовать резервы самого организма, а за целый день, да благодаря вечерней тренировке Карста, их почти не осталось. Буквально выжав себя досуха, я таки насобирал достаточно сил закончить начатое. Чужеродный канал Источника, сначала едва ли не сопротивлявшийся, под конец сам потянулся к обычному, этим самым сильно облегчая мне работу.
Медленно и даже в своем роде осторожно красная линия начала обвиваться вокруг тускло‑белой
