Мир Эрсиана ждут перемены, большие перемены… и как бы они не стали фатальными. Что делать, если еще вчера ты был учеником Гильдии видящих, а сегодня уже солдат? Что делать заклейменному человеку, обреченному служить в Мертвом Легионе? Выжить на протяжении пяти лет там, где не живут больше года в мирное время. Фигуры занимают свои места, а вот Игроки пока не спешат.
Авторы: Миротворцев Павел Степанович
и в момент, когда Линдгрен влетел в строй противника, а рядом с ним и Дварф своим щитом просто размазал первые три ряда, чувства выплеснулись наружу. Оглушительный рев передних рядов поддержали задние, мгновенно перекрыв все неуверенные выкрики наших врагов. Последнее, что я успел увидеть, прежде чем вступил в бой, это Арварда, скачущего мячиком вокруг Невозмутимого. Не знаю, как давно это началось, но стало ясно, что они всегда сражаются дуэтом. В противном случае Линдгрен за то мгновение, что я на них смотрел, зарубил бы Миствея не меньше пяти раз, а затем мне стало ни до чего бы то ни было.
Как это происходило на тренировке, первые три наши шеренги фактически смешались в одну, но задние ряды напирали, толкая вперед. Вариант «безумной схватки», как раз предназначенной против регулярной армии. Благодаря нашим монстрам, у противника не было ни малейшего шанса помешать нам разбить их шеренги. Приходилось пропускать врагов мимо себя, идя дальше, до того самого момента, пока не переставали напирать задние ряды.
Выплеснув в крике большую часть мешающих думать эмоций, я, наконец, в полной мере вернул себе рабочее состояние. Мысли стали четкими, я вновь мог анализировать все происходящее. Благодаря Лрак`ару я мог совмещать то, что Карст называл «просветлением», с логикой и анализом. Сражение без посторонних мыслей и в то же время построение четких, логических цепочек, ведущих к победе. Тут же мне, можно сказать, попался мой первый противник. До этого я лишь успевал отмахиваться от выпадов, после чего меня проталкивали дальше, и ситуация повторялась. Я просто ни с кем не успевал как следует сцепиться. И вот ‑ враг. На меня смотрели глаза такого же новичка, как и я сам, только в этих глазах плескался ничем не прикрытый страх. «Этот уже не жилец», ‑ промелькнула у меня мысль, даже прежде, чем я принял его удар на свой щит, сдвинувшись в сторону, оставил рану на его плече, и, увернувшись еще от одного удара, довершил начатое, разрубив парню шею. Толкнув падающее тело, все вокруг орошающее целым фонтаном крови, я помог сражающемуся рядом Варлду. Его противник отвлекся буквально на мгновение, чтобы тут же получить колющий удар прямо в глаз.
Следующим моим врагом оказался какой‑то бородач, который был слишком медлительным для меня, поэтому не прошло и мгновения, как он упал с рассеченным горлом. Затем снова парень, а после еще троих я просто перестал обращать внимание на то, с кем бьюсь. Я смотрел лишь на тело, меч, щит, следя за их движениями, и атаковал, едва найдя брешь в чужой защите. Некоторые были чересчур сильны для меня, и тогда я просто отступал, давая возможность сражаться Горму, который все время был позади меня, прикрывая в меру своих сил и возможностей. В свою очередь, я сам пару раз сумел помочь ему.
Успев получить с пяток поверхностных ран и сразиться уже с добрыми двумя десятками противников, я все равно чувствовал, как во мне буквально бурлила ничуть не уменьшающаяся энергия. Наоборот, каждый последующий враг в моем восприятии становился все медленнее и неумелее. И с каждой прошедшей секундой я все больше ощущал нехватку еще одного меча. Левая рука со щитом будто бы ныла, неприятно покалывала, а спустя некоторое время и вовсе стала дрожать, буквально требуя свой меч. Именно поэтому, когда от очередного удара у меня развалился щит, я с радостью выхватил свой второй меч. Все стало просто.
Больше не в состоянии оставаться в строю, я шагнул вперед, почувствовав, как кто‑то другой занял мое место. Сбоку заорал Варлд, видимо, пытаясь меня остановить, но, странно, чувства и разум говорили одно и тоже: главное ‑ не останавливаться. И у меня просто не осталось выбора, кроме как закрутить «проход копья», предназначенного именно для боя в куче врагов. Удар. Удар. Удар. Отбили. Разворот. Удар. Удар. Отбили. Отбили. Отбили. Влил в мышцы еще больше энергии, и на этот раз попал. Связка кончилась, но я тут же начал вторую, а затем еще одну и еще. Я, наконец, понял, откуда этот поток энергии. После каждой оставленной раны и, особенно, убийства, от рук и по всему телу расходились целые волны энергии. Стало понятно, что имел в виду Карст, говоря о необычности мечей. Они буквально пожирали резервы противника, и поэтому, стоило мне лишь пару раз задеть достаточно сильного врага, как он моментально слабел, становился медлителен и умирал, отдавая еще больше своей энергии. Враг. ВРаг. ВРАг. ВРАГ! И неожиданно они кончились. Я заметался из стороны в сторону совершенно один, прежде чем сообразил развернуться.
Пролетев сквозь вражеский строй, буквально как нож сквозь масло, я оказался за спинами врагов, походя срубив и командиров. Неожиданно, чуть в стороне, выскочил Карст с двумя темно‑красными мечами в руках и залитый кровью с ног до головы.
