Наше время. Стечение обстоятельств возрождает и развивает необычный талант у художницы-любителя. Это свойство, проявляющееся только в процессе создания картин, усиливаясь с каждой нарисованной картиной, меняет окружающих людей и саму художницу. Воронка событий втягивает в себя всё больше самых разных персонажей и предметов. Сюжет держит в напряжении до самого финала. Яркие образы, динамика, глубоко и достоверно прорисованные характеры героев.
Авторы: Барышева Мария Александровна
голоса и девушки вопросительно подняли головы. Потом Надя спросила:
— Ты кого-нибудь ждешь?
Наташа пожала плечами, потом изумленно округлила глаза, глядя на того, кто просунул голову в приоткрытую дверь спальни. Голова эта была ей смутно знакома, но Наташа никак не могла поверить, что она действительно принадлежит тому самому человеку, о котором она подумала.
— Ну, заходи, чего стесняешься? — пригласила Надя, не сумев скрыть удивление в голосе.
— Привет, девчонки! — сказал Толян и впустил себя в комнату. В одной руке у него был пакет, в другой — чахлый букетик ромашек. Следом вошел Паша с добродушно-покровительственной улыбкой султана, забежавшего между делом навестить свой гарем. Надя встала с кровати и пересела на стул, закинув ногу на ногу и разглядывая дворника с явным недоверием, точно подозревала, что это не он, а кто-то, очень плохо под него загримировавшийся.
— Что это с тобой случилось? — спросила она. — Прошел курс омоложения? Дай адресок. Да ты, Толян, выглядишь просто на пять баллов с плюсом, тобой даже можно заинтересоваться!
— Да ладно, чо там, — смущенно пробормотал Толян. — Ничо такого. В общем… это самое…
Решив, что этого объяснения достаточно, он огляделся, явно ища, куда приткнуть ромашки. Наташа решила эту проблему за него, протянув здоровую руку, и Толян с облегчением неловко сунул в нее букет.
— Это по какому поводу? — спросила Наташа, изумленно взмахнув ромашками.
Изумляться было с чего. И сам Толян выглядел весьма непривычно — мертвецки трезвый, с хорошим цветом лица, с ясным взглядом, усы бодро торчат, а не висят пообычному, как у пожилого кота, старые потертые джинсы по мере возможности отстираны, равно как и обвисшая растянутая футболка. Непривычным было и то, что Толян, судя по всему, зашел просто так, проведать, а не как обычно занять денег. То же, что он принес цветы, вообще не лезло ни в какие ворота.
— Это? — переспросил Толян, опускаясь на стул. — Да так… в кино вон все время показывают, что больным цветы таскают. Катька вот… натырила вчера ночью на кладбище на продажу, да все не спихнула. Ну, я у нее и свистнул…
— Спасибо, Толя, — сказала Наташа и поспешно отложила цветы в сторону. — Как твои дела? Уже не страдаешь от воздержания?
Надя удивленно хмыкнула со своего стула, но ничего не сказала.
— Это он-то страдает?! — Паша вздохнул, разворачивая Толянов пакет. — Щас! Цветет и пахнет, наш работник метлы, да, Толян?! Да-а, видал, как люди завязывают, но чтобы так, с кондачка затоптать такой талант… Видать, у тебя было наитие. Святой дух на тебя снизошел!
— От святого духа другое совсем… снисходит! — буркнул Толян, устраиваясь на стуле поудобней. — Я… это… вообще ненадолго… так толь-ко…
— О! — провозгласил Паша восторженно и помахал в воздухе бутылкой сухого вина, которую только что извлек из пакета. — Смотрите, что принес святой дух! Пойду, отковырну! Тебе, Толян, как — тару брать?
Толян махнул рукой в знак отказа и повернулся к Наташе.
— Я подумал, что тебе в самый раз придется… лекарство вроде…да. Вот на меня один раз Серега, друган мой, с третьего этажа, значит, упал…ну, короче… да. А ты как — на поправку? Вроде тебя не сильно переехало?
— Да нет, самую малость. Спасибо, Толя, что зашел. Чего это ты вдруг, кстати?
Толян пожал плечами.
— Ну…так, в одном доме все-таки живем… и деньги ты мне занимала на покеросинить. Вон, к искусству приобщала…не понятно, правда, ни хрена, но душевно… Когда с тебя картины рисуют, чувствуешь себя…как-то выше что ли… не какие-нибудь там дрова сосновые! Может… оттого я и завязал, что…ага.
Похоже, эта речь истощила его силы, потому что он печально сгорбился на стуле, свесив руки.
— Ты работал у Натахи натурщиком? — заинтересовалась Надя, доставая сигареты. — Давно?
— Да вот за день, как ее стукнули.
— И как — удачно сработались? Натаха, покажи!
— Нет, не надо! — поспешно воскликнул Толян. — Наташ, не показывай. Ты, Надька, извини, но лучше не глядеть — я там такой страх… Нет, не показывай!
Надя, судя по ее виду, собиралась настоять на своей просьбе, но тут вошел Паша с тремя рюмками и открытой бутылкой и аккуратно расположил все на тумбочке.
— Ну вот, — сказал он, поведя на бутылку рукой, — давайте-ка спляшем по быстрому.
— Вот умник, — сердито заметила Наташа, — ты бы хоть чаю человеку принес!
— Ой! Прости, Толян, сейчас! — Паша убежал, несмотря на то, что дворник замахал руками, бормоча «Не надо, не надо!» Оставшийся же контингент с любопытством посмотрел на бутылку, потом друг на друга.
— Я разолью, — сказал дворник и взял бутылку. Глядя, как он привычными отработанными движениями
