Исправление неправильного попаданца

— Сегодня у меня переговоры с доктором магии жизни Моаной-ра. Если мне не удастся договориться, я желаю, чтобы вы убедили ее рассказать во всех подробностях, откуда берутся те кристаллы, которыми владеет Сарат-ир.
— Если почтеннейший позволит, Четвертый подойдет и задаст вопрос. Каков будет знак?
— Вот этот.
Знак был магическим. Разумеется, его мог заметить лишь маг. Поскольку Рухим-аг весьма ценил эффективность работы подчиненных, часть его помощников была магами.
Доверенный подчиненный в ранге доктора магии электричества и воды поклонился и вышел.
* * *
На душе работали когтями кошки. Однако их надо со всей непреклонностью игнорировать: у людей праздник, мне надлежало быть на уровне. Кстати, по всему видно, что ребята уже слегка начали праздновать.
Пришлось нацепить сияющую улыбку:
— Рядовой Вахан-аб!
— Я!
— Отлично сделано, рядовой!
В соответствии с уставом стрелок вытянулся и рявкнул нечто среднее между ‘Рад стараться!’ и ‘Дак это я всегда с легкостью и запросто!’
Конечно, одной похвалы мало. Добавить:
— Рядовой Вахан-аб, за проявленное умение в обращении с винтовками и гранатометом вам присваивается звание комендора…
Некоторое оторопение легко прочиталось на лицах всех военнослужащих, кроме Тарека. Разумеется, я слукавил. Нет и не было такого воинского звания, но… пришлось придумать. К счастью, понял это лишь хитрец-лейтенант.
— …каковое звание равноценно сержантскому и дает право командовать расчетом гранатомета, а именно: подносчиками снарядов и переносчиками гранатомета, а равно дает право выбирать цель и открывать огонь по своему разумению, за исключением тех случаев, когда это запрещено приказом командира…
Престиж юного комендора взмывал на легких крылах. Этот взлет подогревался неприкрытой завистью со стороны рядового состава.
— …а сверх того, указанное звание равноценно сержантскому во всем, касающимся денежного вознаграждения и иных положенных выплат.
Восторженный рев солдатских глоток, деятельное выбивание пыли из куртки свежепроизведенного в комендоры и… ожидание в глазах. Его нельзя обмануть. Но в последний момент я чуть изменил решение:
— После того, как приедет Моана, разрешаю… — короткий мысленный расчет — … открыть четыре бутылки. Сорт — на ваше, ребята, усмотрение. Илора — закуска, надеюсь, найдется?
Исполненный негодования ответный взгляд. Впрочем, его никто, кроме меня, не заметил по причине всеобщей радости. Даже то обстоятельство, что придется слегка подождать, ее не омрачило.
Тут же пришлось убедиться, что среди воинства совершенно ниоткуда появились трезвые. Это высшие чины (лейтенант и старшина) пробились ко мне. У них явно возникли нехорошие предположения, что и подтвердилось вопросом:
— Командир, чего надо ждать?
Пришлось рассказать, с кем именно сейчас ведет переговоры Моана и что это за личность.
Выслушав, мои военачальники переглянулись, и старшина солидно начал:
— Надо подумать, командир, что тут вообще можно сделать…
* * *
(еще одна сцена, которую я видеть никак не мог)
— Дорогая Моана, доброго вам дня! Очень рад вас видеть!
— И вам, Тофар. Какие у вас новости или вопросы?
— Для начала я хотел узнать, нет ли чего для меня?
— Ничего по вашей специализации.
Намек был прекрасно понят.
— Это не имеет значения…
На этом месте беседа была скомкана. В нее вклинился незаметно подошедший Рухим-аг:
— Вынужден вас прервать. У меня с Моаной назначена встреча.
К некоторому удивлению Моаны, Тофар удалился, распрощавшись в самых вежливых выражениях. Хотя его взгляд подавал недвусмысленные советы быть осторожной.
— Доброго вам дня, почтеннейший Рухим-аг, — ни на лице, ни в голосе у доктора магии жизни приветливость не проявлялась.
— И вам. Пройдемте, мне с вами надо поговорить.
— Это ВАМ надо, почтеннейший. Я никуда идти не собираюсь, мне и тут хорошо. Не возражаю, если вы установите противоподслушку.
— Вы не в том ранге, чтобы мне дерзить. Я такого не терплю даже от равных.
— Вы во мне нуждаетесь, почтеннейший, а не наоборот. В этом случае ранг не имеет значения. Я внимательно слушаю, хотя сразу предупреждаю: если требуются мои профессиональные услуги, вам придется подождать не менее десяти дней.
Академик сдержался, но с усилием.
— В данный момент меня не волнует магия жизни. Меня интересуют ваши кристаллы.
— Они для вас почти бесполезны, почтеннейший, с их узкой специализацией. К тому же я не намерена их продавать.
— Не пытайтесь притворяться дурой, Моана,