Исправление неправильного попаданца

у вас плохо выходит. Речь идет о тех кристаллах, благодаря которым известный вам Сарат-ир — полная бездарность, спешу заметить — стал лиценциатом и более того, намерен защитить магистерскую диссертацию. Такие кристаллы должны иметь выдающиеся характеристики — раз уж они делают посредственного бакалавра магистром по магической силе. Если быть точным, мне нужны даже не кристаллы, а их источник.
— У вас есть возможность зачерпнуть из этого источника, почтеннейший. Обращайтесь к купцу Морад-ару, — вы ведь его знаете? — он как раз такими торгует. Надеюсь, вас не смутит тот факт, что я сама у него покупаю? К вашему сведению: вы недооцениваете способности моего мужа Сарат-ира.
— Ваш очередной муж — универсал. Следовательно, он никто, нуль. По своим природным способностям как был бакалавром, так им и останется. Поэтому он меня совершенно не интересует…
Не было сказано вслух, но отчетливо подразумевалось: ‘к счастью для него’.
— …а нужен мне не Морад-ар, а совсем другой человек. Вам назвать его имя или сами догадаетесь?
— Сколько у меня мужей и кто они такие — мое личное дело, почтеннейший, и, полагаю, вас оно ни в какой мере не касается. Имя можете не называть, я его и так знаю. Что же именно вы хотите?
Многочисленные знакомые обычно полагали эту женщину вздорной, вспыльчивой, взрывной, импульсивной. Лишь немногие знали, насколько она может быть расчетливой. Однако сейчас аналитическое искусство особо почтенной осталось почти не востребованным. И так было ясно, что академик настроен более чем решительно, вопрос лишь, насколько именно. Не будь при ней алмаза, она бы на такое не отважилась — но мощь этого кристалла дала возможность слегка обшарить мысли почтеннейшего без его ведома и (самое главное!) тщательно затереть следы такого вмешательства.
— Мне нужно, чтобы Профес-ор снабжал меня и только меня кристаллами надлежащего качества по справедливым ценам.
— ‘Справедливым’, надо полагать, значит ‘назначаемым вами’, почтеннейший?
— Именно так. Ему вполне хватит на жизнь, заверяю вас.
— Ваши заверения недорогого стоят, почтеннейший. То, что вы полагаете достаточным для проживания, другой человек может оценить совершенно иначе. Впрочем, сейчас у меня еще один весьма важный вопрос: а что останется мне?
— А вы… вместе с вашим мужем… отойдете в сторону и не будете мне мешать. Тогда вас никто не тронет.
В другой ситуации Моана уже закруглила бы разговор, но для проникновения сквозь щиты Рухим-ага даже ей требовалось время. И она предпринимала все усилия, чтобы его выиграть.
— Что касается НАШЕЙ безопасности, то ВАШЕГО слова для этого совершенно недостаточно, почтеннейший. Думаю, вы и сами это знаете. Но есть еще обстоятельство, которое мне крайне неприятно. Вы требуете оказать вам услугу, не предлагая за нее никакой платы. Так дела не делаются.
— Вы не в том положении, чтобы торговаться. Я ведь могу и пересмотреть условия.
— А я, почтеннейший, могу подумать, что сообществу магов жизни станет очень интересно содержание нашей с вами беседы. Реакцию сами представите или вам объяснить подробно?
— Никто за вас не заступится. И знаете, почему? Ваш… МУЖ… а вслед за ним и вы суть угроза стабильности. Что касается него, то маг должен иметь тот ранг, который соответствует его способностям и знаниям. Повторяю, его уровень — бакалавр и не более, поскольку он универсал. Используя кристаллы, он сумел достичь ранга лиценциата. Это еще можно было бы стерпеть, но он, насколько мне известно, замахивается на магистерскую диссертацию. О желтой ленте пусть забудет, это не обсуждается. Но если вы хотите, чтобы его лишили и лиценциатского диплома — могу устроить, мне стоит лишь поставить вопрос на ближайшем заседании Академии. Вы также угрожаете стабильности нашего общества: хотя бы тем, что поставляете эти самые кристаллы… тому, кто не должен их получать. Уж не говорю о том, что вы в подчинении этого Профес-ора, ранг которого неизвестен. Мало того: я не уверен, что у него вообще есть хоть какой-то магический ранг.
— Я вижу, вы не в ладах с логикой, почтеннейший. Вы уже достигли наивысшего из рангов, который, надеюсь, соответствует вашим способностям и знаниям. Следовательно, вам кристаллы ни к чему. Что до Профес-ора, то я ему подчиняюсь не потому, что он поставляет кристаллы, а по другим причинам, знать которые вам совершенно не обязательно.
Моана нарочно выводила академика из себя, но отнюдь не причине стервозности характера. Она знала, что в состоянии гнева внимание рассеивается. Ее худшие подозрения оправдались. Как только Рухим-аг получит отказ, он тут же начнет силовые действия.
— Предупреждаю в последний раз: если я доберусь до источника кристаллов