Герой этой книги оказался в мире магии, не имея навыков бойца спецназа, без оружия, а равно без знаний местных реалий и языка. Магических способностей не было абсолютно. Вот почему он назвал себя неправильным попаданцем. Ему удалось выжить, вжиться в этот мир. Он выучил несколько здешних языков, заработал авторитет среди механиков, алхимиков, мореходов и стеклоделов.
Авторы: Переяславцев Алексей
Разумеется, у них были надлежащие амулеты, которые, разумеется, не были рассчитаны на противодействие заклинанию докторского уровня. Тот, кто стрелял первым, обратился в обгорелый труп, скалящийся белыми зубами. У второго, видимо, был амулет получше: молния не сожгла стрелка, у него просто остановилось сердце.
Просто удивительно, какие неожиданные способности могут прорезаться у человека в чрезвычайной ситуации. Моана сроду не была боевым магом и понятия не имела о тактике, но все же зацепилась зрением за лошадь, мирно стоящую за кустами позади нее, ярдах в двухстах. Мгновенно пришла мысль, что коняга тут не появилась сама по себе. Значит, есть четвертый, который, вероятнее всего, наблюдает, но может и вмешаться. Он хорошо спрятался, но даже если бы и стоял на виду, все равно на такой дистанции с ним не справиться. А вот не дать ему легко сбежать — можно. ‘Извини, лошадка’ — эта мысленная фраза сопроводилась довеском в виде ‘Красной сети’. Как и ожидалось, животинка не была прикрыта магическими щитами.
Сейчас Моана чувствовала в себе такую силу, что сочла возможным поставить главной целью не убийство противников, а возможность их захвата живыми. На очереди эта троица. Те уже успели понять, что у добычи есть когти и клыки; Третий даже пустил в ход ‘Красную сеть’ (и опять щит выдержал). Первый готовил нечто более серьезное, но банально не успел. Моана указала на него всеми пятью пальцами правой руки.
Гр-р-р-р-ахххх!
Любой из присутствовавших боевых магов — а других тут и не было, если не считать самой Моаны — мог без особых усилий поставить щит против ‘Воздушного кулака’ или даже отвести его. Силовое наведение этого заклинания (то есть при активном противодействии оппонента) требовало недюжинного умения, которого у мага жизни не могло быть по определению: соответствующий курс им просто не читали в университете за полной ненадобностью. Возможность же применения очереди из ‘Воздушных кулаков’ ни один из противников Моаны не рассматривал. Любой боевой маг с университетских времен знает: слишком велики затраты энергии на это, неприемлемо велики, да еще с сомнительным результатом, поскольку энергии на построение щита даже на три ‘Воздушных кулака’ уходит несопоставимо меньше. Но тут сразу шесть ‘кулаков’ рванули вблизи Первого.
Щит не выдержал пятого взрыва. Шестой, правду говоря, был лишним. Неудачника отшвырнуло ярда на три. ‘Тяжелая контузия, самое меньшее’ — диагноз маг жизни поставила совершенно автоматически (отвлекаться было нельзя).
Паника — дурной советчик. Она и погубила Второго, который, видя, что противница и не думает падать от истощения, решил не применять еще один ‘Огненный шнур’ и стал готовить ‘Шаровую молнию’. Разумеется, он опоздал. Грозная противница применила те же ‘Воздушные кулаки’, очередь из шести с левой руки. Отдать должное Второму: щит у него оказался мощнее, он не выдержал лишь шестого взрыва.
Третий не был сильнее, не был он и опытнее. Он просто быстрее соображал. И принял тактически правильное решение: поставить усиленный щит от ‘Воздушных кулаков’. Он рассудил, что тот, кто готовит заклинание нападения, будет сочтен более опасным, и на него первого обрушится то, что заготовила эта стерва якобы без навыков боевого мага. К тому же постановка усиленного щита проходит гораздо быстрее, чем создание заклинания нападения. В последнем он оказался прав. Щит успел набрать полную силу.
Разумеется, усиление защиты Третьим не могло остаться незамеченным. Если бы на месте мага жизни находился доктор боевой магии, он, вполне возможно, даже успел бы прочитать заклинание защиты. Моану выручило умение быстро думать: уж если она пустила в ход (и с успехом) ‘кулаки’, то и защита, вероятнее всего, против них же. Возможно, даже очередь будет не в состоянии пробить эту броню. И не надо.
Моана как маг жизни не раз, не два и даже не сотню раз работала с пострадавшими от заклинаний. Она прекрасно помнила, что маг, которому удалось отвести простую ‘Молнию’, все равно испытывает легкую контузию от удара, прошедшего хотя и в стороне, но на небольшом расстоянии. А если таких ударов будет несколько?
Сжатый правый кулак взлетел на уровень уха и разжался. Четыре мощных ‘Молнии’, сопровождаемые резким грохотом, ударили одна за другой. Ни одна не попала в цель: все были грамотно отведены. Но и Третьему досталось: он уселся на землю и стал трясти головой, как будто пытался (безуспешно) вытрясти гром из ушей.
Особо почтенная подходила к противникам медленно — не по причине лености, усталости или осторожности, но лишь потому, что наспех наложенный конструкт и действовал соответственно. Но времени хватило.
Все трое получили заклинание ‘Частичного паралича’ — так его называли
