Герой этой книги оказался в мире магии, не имея навыков бойца спецназа, без оружия, а равно без знаний местных реалий и языка. Магических способностей не было абсолютно. Вот почему он назвал себя неправильным попаданцем. Ему удалось выжить, вжиться в этот мир. Он выучил несколько здешних языков, заработал авторитет среди механиков, алхимиков, мореходов и стеклоделов.
Авторы: Переяславцев Алексей
Исхитрись-ка мне добыть
То-Чаво-Не-Может-Быть…
Тофар-ун не был знаком с бессмертными строками, но чувствовал себя почти так же, как герой, получивший это задание. Разница состояла в том, что к услугам почтеннейшего была его аналитическая группа. Не вся, разумеется, но лишь лучшие. Им предстояла внеплановая работа.
Моана же спешила на встречу с секундантом противника. Эти переговоры она не считала трудными. Куда серьезнее дело предстояло с выбором площадки.
* * *
По возвращении в поместье Моана не замедлила пересказать мне содержание бесед с академиком Тофар-уном и с секундантом. Пришлось раскрутить мозги до полной мощности.
— Вот какие идеи у меня появились. Вы же едете на осмотр площадок с Шахуром, верно?
— Верно. Так положено.
— Тогда вот что: отработайте систему жестов. Вслух ничего не говорите. Пусть его секунданты помучаются. И у меня вопрос: кому какое место на площадке — это ведь определяют непосредственно перед поединком?
— С жестами согласна. Что до вашего вопроса: это так, но по согласованию с секундантами допускается определить места заранее.
— Вот этого и не хочу. Вполне могу допустить, что Рухим-аг приготовит какую-то пакость на том месте, где встанет Сарат.
Моана взмахнула челкой в отрицательном жесте.
— Вряд ли. Слишком много наблюдающих ожидается, притом высокого уровня. Почти ручаюсь: если места, где собираются стать участники, будут определены загодя, наблюдающие захотят проверить соблюдение всех правил.
— А если жеребьевка проводится непосредственно перед стартом?
— Скажу так: проверка значительно менее вероятна. Да, и еще учтите: среди зрителей обязательно будут недоброжелатели Рухим-ага.
— Это почему?
— Уверяю вас, не по причине добрых чувств к Сарату…
Я улыбнулся в ответ.
— …а по насквозь меркантильным соображениям. Во-первых, если Рухим-аг потерпит поражение, освободится место в Академии. Впрямую помогать его противнику, конечно, не станут, но любая попытка биться недозволенными методами будет отслежена и пресечена. Во-вторых, зрители резонно надеются, что в ход будут пущены новинки. Информация о них лишней быть не может. Впрочем, это относится и к друзьям, и к врагам.
Вот о таких тонкостях я, обормот, и не задумался. К счастью, ошибка не фатальна.
— Вы превосходный аналитик, Моана…
Чуть заметно и очень ненадолго опущенные ресницы. При большом желании можно сделать вывод, что этой женщине присуща скромность.
— … но теперь давайте вслух прогоним еще раз все наши действия.
И мы стали это делать.
* * *
(сцена, которую я видеть никак не мог)
К первой площадке мои подкатили к утру. На Моане было дорожное короткое (чуть ли не до колена) серое платье с оранжевой лентой и высокие сапожки на каблуках. Оба секунданта противника уже поджидали. Голубейшее небо без единого облачка и легкий утренний холодок — прекрасная весенняя погода; все недостатки площадки (если таковые имеются) должны быть как нельзя более заметны.
Последовали безукоризненно вежливые приветствия. Пока Моана расточала улыбки, Шахур поклонился (один раз) и стал цепко оглядывать предполагаемые позиции. Так… с северной стороны подальше, за пределами площадки местность понижается; там, судя по полосе кустарника, протекает ручеек. С этой стороны площадка ровная, не придраться. С южной стороны никакой воды не просматривается — и не надо; однако сама площадка имеет некоторый наклон, что уже нехорошо. А по жребию она может достаться.
Шахур встретился глазами с напарницей, сжал пальцы обеих рук в кулаки, поднес их друг к другу перед глазами и выставил указательные пальцы: на правой руке строго горизонтально, на левой под наклоном.
Доктор магии жизни повернула голову к секундантам противника и высказалась совершенно невозмутимым голосом:
— Нам эта площадка не подойдет.
Те наклонили головы в знак понимания. В правилах недвусмысленно говорилось, что секунданты вызывающей стороны имеют право отвергнуть три площадки без объяснения причин. И все четверо присутствовавших прекрасно это знали. Моана лишь отметила про себя эмоции кандидата в академики Доринг-аня. Разумеется, тот наложил на себя щит. Разумеется, этот щит не стал препятствием для доктора магии разума. К тому же эмоции злобы и растерянности были весьма сильны.
Присутствовавшие влезли в экипажи и поехали к второй площадке.
На ней неровностей не было, сколько Шахур ни старался их углядеть. Он подал соответствующий знак: ладонь левой руки горизонтально перед глазами. Конечно
