Испытание любовью

Сколько можно простить ради любви? Сколько вынести? Скольким пожертвовать? Стоит ли терпеть, если любимый человек считает тебя помехой? Стоит ли ломать себя и свои принципы, если теряешь из-за них любимую? Стоит ли изменять себя ради того, чтобы опять быть вместе, если вы не смогли сделать это в прошлом? Но друг без друга, как оказалось, еще сложнее жить…

Авторы: Горовая Ольга Вадимовна

Стоимость: 100.00

— Это ошибка. Влад! — Почти крикнула Леся, когда он и не подумал поддаться. — Это не правильно и никому не надо. Мы оба это знаем! — Она опустила ноги, попытавшись как-то выскользнуть из его объятий.
— Ничего подобного. — Протянул он с иронией, отстранившись на пару сантиметров, но продолжал держать ее. — Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне. А сейчас — хочу тебя. И в этом, определенно, нет никакой ошибки. — На губах Влада, с такой жадностью только что целовавших ее, расплылась ухмылка.
Леся собрала волю в кулак и фыркнула.
— Это — ошибка. — С уверенностью в голосе, с нажимом повторила она, не позволяя ему опять наклониться к ней. — Просто ты устал, и да, между нами есть напряжение. Но… Черт! — Леся не выдержала. — Влад! Отпусти меня! — Она еще сильнее уперлась ему в грудь. — Мы расстались, помнишь?! Ты сам выступил за это! — Привела Леся последний аргумент.
— А вот это — было ошибкой. — Спокойно кивнул Влад, поглаживая кончиками пальцев изгиб ее позвоночника. — И я повторяю, что хочу, чтобы ты вернулась.
Он и не думал отпускать ее и, казалось, не замечал попыток Леси отстраниться.
Она потрясенно уставилась на него, на миг забыв о сопротивлении. Как же у Захарченко все просто: щелкнул пальцами — и ты должна убраться из его жизни, передумал — и ты тут же обязана с радостью прибежать обратно. И нет ему никакого дела до твоей боли, до того, как он унизил тебя, практически предал прежними словами и поступками.
Лесе захотелось со всей силы его ударить. Но она приказала себе собраться.
— Отпусти. — Холодно и отстранено потребовала она, заставив свои руки повиснуть вдоль тела. Демонстрируя свое безразличие. — Пусти, Влад. — Повторила Леся, видя, что он не обращает внимания на ее слова. — Или насиловать будешь? — С холодной иронией поинтересовалась она, подняв брови.
Это подействовало.
Глаза Влада сузились и ее обдало жаром при виде блеснувшей там злости и насмешки.
— Не я один участвовал в том, что тут только что было. — Цинично усмехнувшись, он кивнул на свою расстегнутую сорочку, вытянутую из-под пояса брюк, и болтающийся галстук. Но разжал руки и отступил на два шага.
Леся вздрогнула, ощутив внезапный ледяной холод и обхватила себя руками, пытаясь дрожащими пальцами хоть как-то поправить белье и платье.
— Это — ошибка. — Повторила она, осторожно спустившись со стола, и начала застегиваться, отводя от него глаза.
— Ничего подобного! — Разозлившийся Влад подлетел к ней и с силой ухватил за запястье, мешая одеваться. — Ты меня хочешь — это не ошибка! И я тебя хочу! В чем проблема, Леся?! Я знаю, что поступил как полный идиот и признаю, что был совершенно не прав тогда. Каждый чертов день из этих месяцев — я это понимал. И сейчас — прошу, чтобы ты вернулась. Ты мне нужна! — Он смотрел на нее с приказом, требовательно, не отпуская рук, едва не встряхивая. — Чего ты хочешь? Чтобы я встал на колени?!
А Леся вдруг слабо и горько улыбнулась. Она не нуждалась в его показном смирении. И зачем только, вообще, приехала? Уязвленное самолюбие — отвратительный советчик, разве мать ее этому не учила?
— Тебе сейчас любая подойдет. — Она передернула плечами.
Это, почему-то разъярило его.
— Не нужна мне любая! — Влад все-таки легко встряхнул ее. — Я тебя хочу! И прекрати делать вид, что не понимаешь этого!
— Влад, — она для стабильности оперлась о его плечо. — Ты просто возбужден, и устал. Вот и все. Ты же сам радовался, когда я ушла, помнишь?!
Он с силой втянул в себя воздух и почти ощутимо заскрипел зубами.
— Леся. — Влад впился взглядом в нее. — Я. Нуждаюсь. В. Тебе. Только в тебе. Понимаешь? — Отчеканил он. — Мне нужна ты!
Она посмотрела на него почти с ненавистью. Поверить такому было сродни самоубийству. А Леся не страдала суицидальными наклонностями, как ей казалось.
— А что потом, Влад? Когда тебе опять что-то в голову стукнет?! Снова выгонишь, когда я начну мешать твоим целям и работе?
Он нахмурился.
— При чем тут сейчас работа?
Улыбка Леся перешла в какой-то хриплый, истеричный смех.
— И правда, при чем? — Перекривила она его. И дернулась, вырвавшись из его рук. — Ты же не остановишься, пока не загнешься здесь, в этом кабинете, или пока не добьешься того, что хочешь. А я — все время буду тебе мешать и тянуть не в ту сторону. Я все помню, Влад. И все прекрасно усвоила! — Леся быстро закончила застегивать платье и попыталась пригладить волосы.
Вероятно, ей не удастся привести себя в приличный вид. Но в этот момент Лесе было без разницы, что подумают или придумают его сотрудники.
— Да, я работаю много. Но при чем это к нам, черт возьми?! Ты — работаешь не меньше, Леся. И никому не дашь встать между собой и своей работой, разве не из-за этого мы