Испытание любовью

Я даже смеяться нормально не могу — меня не трогает ничего! А теперь ты говоришь — я ошибся, возвращайся?! Иди к черту! Не вернусь! Я ненавижу тебя за то, что ты со мной сделал, понимаешь?!
Она знала, что переступает черту. Желваки, заходившие на напряженных щеках Влада, служили прекрасным предупреждением. Но Лесе уже не имелось дел до его чувств. Разве он ее хоть когда-то жалел? И сейчас ей хотелось уколоть его сильнее. Причинить такую же боль, хоть она и сомневалась, что ей хватит сил.
— Леся! — Влад говорил отрывисто и резко. — Я не хотел, не собирался…
— А мне плевать, собирался или нет! — Она опять дернулась в кольце его рук. — Ты добился своего — избавился от меня, растоптал меня. А теперь хочешь вернуть?! Нет, Влад. И прекрати мне звонить или появляться в моей жизни! Я тебя презираю, и не хочу больше иметь с тобой ничего общего! Ты не заслужил, не стоил и не стоишь ни моей любви, ни всего того, что я к тебе тогда чувствовала!
Наверное, что-то в ее словах все-таки достигло цели, что-то задело его. В какой-то миг лицо Влада исказила напряженная, гневная гримаса. И вдруг — он резко дернул Лесю на себя и впился в ее губы злым, почти грубым поцелуем.
Этого она не ждала. Чего угодно, но не этого. В какой-то степени, это было даже насилием — Влад сознательно показывал, что он сильней, что она ничего не может противопоставить ему. Его губы давили, требовали подчинения. А Леся пыталась сопротивляться, старалась отвернуться, и не могла — он держал ее лицо, удерживал другой рукой ее тело. На глазах выступили злые слезы от своего бессилия, беспомощности, и с губ, мучимых Владом, сорвался тихий всхлип. Его напор тут же сменился чем-то другим. И хоть руки держали так же крепко, губы вдруг стали нежными и мягкими, заглаживающими свое нападение, ласкающими ее рот. Так трепетно и страстно, что захотелось поддаться, потянуться к нему. Но осознав, что это и делает, Леся вдруг ощутила отвращение к самой себе. К нему.
Резко замахнувшись, она ударила Влада по щеке, понимая, что ей не хватит силы причинить ему реальный вред. Но в эту пощечину Леся вложила все, что обуревало ее в данный момент. Он застыл и отстранился на несколько сантиметров.
— Леся? — Позабытый ими обоими Гена, оказывается, все еще стоял в дверях и слышал это все.
Леся почувствовала себя еще больше униженной, словно облитой грязью. Что же он за мужчина, если не ушел, а стоял и банально подслушивал? Но у нее не хватило силы воли повернуться и бросить это Геннадию в лицо.
— Ненавижу. — С презрением прошептала она Владу прямо в глаза и отступила назад.
Влад отпустил. На его щеке проступал красный след, но он скривил губы в усмешке так, словно и не замечал этого.
— Может быть, Леся. — Голос Влада был ледяным и циничным. — Очень может быть. — Он смерил ее темным, яростным взглядом с ног до головы. — И каково это, Леся — презирать и ненавидеть человека, которого любишь? Ведь ты все равно любишь меня, а? Так и не смогла разлюбить, чтобы не говорила.
Она вздрогнула так, словно он в ответ влепил пощечину ей. Только слышать такое от него было гораздо больнее любого удара. Леся почти физически ощущала, как бледнеет, кровь отливала от лица, заставляя черты неметь.
— Это — больно, Влад. — Из последних сил холодно ответила она. -Так больно, словно по живому сердце режут. Только тебе не понять все равно. У тебя сердца не было, и нет! — Не глядя уже на его реакцию, Леся отвернулась, схватила со стола свою сумочку и пошла к выходу.
— Леся! — Влад буквально проревел ее имя. Но она не отреагировала.
Гена отошел в сторону, видно по взгляду поняв, что ему, вообще, не стоило находиться здесь, как и то, что от Леси ему теперь ждать нечего. И все-таки, окликнул ее.
— Лесь, давай я тебе такси вызову? — Мягким, тихим голосом, предложил он. Так, как предложил бы друг. Лучше бы убрался вовремя!
Леся была слишком зла на всех. Слишком унижена.
— Я сама доберусь! — Отрезала она, пройдя мимо, и начала спускаться по лестнице.
— Леся! Никуда ты сама не поедешь! Ты выпила! — Влада, похоже, не интересовало, что они уже в коридоре и он устраивает публичное представление.
Благо, народу в холле было мало. Она не стала оборачиваться и объяснять ему, что самостоятельно собиралась вызывать такси. Просто быстрее пошла дальше.
— Леся! — Он все-таки догнал ее и снова схватил за руку. У Леси уже начинало крутить запястья от этих вечных захватов. — Даже не вздумай садиться в машину. Тебя Юра отвезет. — Распорядился Влад, глядя ей за спину.
На лице Влада все еще проглядывала злость, но он старался взять себя в руке. А она даже не собиралась.
— Я на такси доберусь! — Со злостью прошипела Леся, вырываясь. — Отпусти меня!
— Не поедешь ты на такси! — Прорычал