Это один из наиболее любимых романов миссис Кристи. Он и построен в соответствии с ее вкусами того периода: убийство в прошлом, продолжающее тяготить своими последствиями всех без исключения участников драмы, а также человек со стороны, ведомый страстью к справедливости.
Авторы: Агата Кристи Маллован
– Это были всего лишь сны. Я часто бываю в сновидениях ужасно воинственна.
– Послушай, Эстер. – Молодой человек взял ее за руку. – Ты должна сказать мне правду. Ты должна довериться мне.
– Не понимаю, чего ты хочешь, – отозвалась Эстер.
– Правды, Эстер. Я хочу услышать от тебя правду. Я тебя люблю. И ты всегда можешь на меня положиться. Если… если это ты ее убила, я… мне кажется, я смогу найти объяснение. Если так, в этом не было твоей вины. Понимаешь? И конечно, в полицию я не обращусь. Это останется строго между нами. Не пострадает ни один человек. Дело постепенно заглохнет из-за отсутствия каких-либо доказательств. Но мне необходимо знать! – Он с нажимом произнес последнее слово.
Эстер смотрела на него широко раскрытыми глазами, но казалось, что она его не видит…
– Что ты хочешь от меня услышать? – переспросила она.
– Хочу, чтобы ты сказала мне правду.
– Ты ведь думаешь, что правда тебе уже известна, так? Ты считаешь, что убийца – я.
– Эстер, дорогая, не смотри ты на меня так, – Он взял ее за плечи и легонько встряхнул. – Я же врач. Я знаю, как это происходит. Знаю, что люди не всегда могут отвечать за свои поступки. Я знаю, что ты славная, прелестная и, по существу, совершенно нормальная девушка. И я тебе помогу. Буду оберегать тебя. Мы поженимся, и тогда у нас все будет хорошо. Ты никогда больше не будешь чувствовать себя одинокой и никому не нужной, и никто больше не будет тебя тиранить. Причины наших поступков часто восходят к вещам, которых люди, как правило, не понимают.
– Примерно то же мы все говорили о Жако, – заметила Эстер.
– Бог с ним с Жако. Мне важна ты. Я очень-очень люблю тебя, Эстер, но я должен знать правду.
– Ах, правду?
Губы Эстер изогнулись в медленной насмешливой улыбке.
– Прошу тебя, любимая.
Эстер отвернулась и запрокинула голову к небу.
– Эстер!
– А ты поверишь, если я скажу, что не убивала?
– Конечно, я… Конечно поверю.
– А мне кажется, что не поверишь. Эстер повернулась на каблуке и бросилась бежать вверх по тропинке. Он сделал было шаг следом, но остановился.
– О, черт, – вырвалось у него. – Проклятье!
– А я еще не хочу домой, – проговорил Филип Дар-рант плаксиво и раздраженно.
– Но, Филип, нам больше совершенно незачем тут оставаться. Надо было обсудить эти дела с мистером Маршаллом, а потом дождаться людей из полиции, мы же для этого приехали. Но теперь нет никаких причин здесь задерживаться.
– По-моему, твоему отцу было бы приятно, чтобы мы еще немного погостили, сказал Филип. – Он рад, что есть с кем сразиться в шахматы по вечерам. Он играет как бог. Я вроде бы и сам неплохо играю, но рядом с ним я нуль.
– Папа может подыскать себе другого партнера, – сухо возразила Мэри.
– Свистнуть кому-нибудь из Женского института?
– И вообще, нам необходимо быть дома, – не отступалась Мэри. – Завтра день миссис Карден, она будет чистить краны и дверные ручки.
– Полли – идеальная хозяйка! – со смехом произнес Филип. – Эта твоя миссис… как ее… спокойно может все перечистить и без нас, разве нет? А если не может, пошли ей телеграмму: пусть ручки и краны побудут нечищеными еще недельку.
– Филип, ты ничего не смыслишь в домашних делах и не представляешь себе, как сложно вести дом!
– Не вижу ничего сложного, ты сама обожаешь создавать трудности на пустом месте. В общем, лично я хочу еще немного побыть здесь.
– Филип, мне тут так неприятно! – страдальчески произнесла Мэри.
– Но почему?
– Здесь жутко мрачно, и вообще вся эта атмосфера… Разговоры об убийстве, и все такое.
– Прекрати, пожалуйста, Полли, и не говори мне, что ты превратилась в клубок нервов из-за подобных пустяков. Уверен, что убийство тебя совершенно не волнует. Тебе гораздо важнее краны и дверные ручки, чтобы они были начищены, и чтобы нигде в доме не было ни пылинки, и чтобы в твоем меховом манто не завелась моль…
– Летом моль в меховых вещах не заводится, – возразила Мэри.
– Ну ладно, ты все равно поняла, о чем я… Но, видишь ли, с моей точки зрения, тут куда интереснее.
– Интереснее, чем жить у себя дома? – с удивлением и обидой переспросила Мэри. Филип тут же спохватился.
– Прости, дорогая, я не правильно выразился. Наш дом – самый лучший дом в мире, ты там навела потрясающую красоту. Комфорт, уют, стиль. Но понимаешь, все было бы иначе, если бы… если бы я был таким, как прежде. Днем у меня было бы полно всяких дел и выше головы разных идей. И так было бы чудесно возвращаться вечерами к тебе в наш замечательный дом. Обсуждать с тобой все, что произошло за день. Но теперь… теперь все переменилось.
– О да, конечно. Ты не думай, я об этом ни на
