Испытание

— Я читал его, — задумчиво кивнул Араб, — но всегда считал, что это только фантазия автора. Ведь ещё никто не вернулся оттуда, чтобы рассказать, как там всё устроено на самом деле.
— Это верно, но в любой религии, в любом веровании есть такое понятие, как действие. Нельзя жить в бездействии. Это противоестественно. Но сейчас речь не об этом. Не мы придумали правила этой игры, и не нам менять их. Нам остаётся только принять их или уйти, забыв всё, что стало нам известно.
— Значит, всех, кто приходил сюда в группах, убивали вы сами? И как же вы понимаете, кто достоин получить знания, а кто нет?
— Мы хранители, и этим всё сказано. Но не стоит тебе забивать себе голову ненужными знаниями. У тебя другая задача.
— И в чём же она заключается?
— Всё просто. Хранитель сообщает тебе о готовящемся вторжении большой группы, а ты делаешь всё, чтобы они не добрались до круга. Самое сложное, заставить отступить компании и конторы, которые финансирует государство. Деньги — это всё, что их интересует. Уже случалось даже так, что к хранителю применяли силу. Одного из нас вывезли в застенки какой-то корпорации, — хранитель по складам произнёс мало знакомое слово, — и нашим воинам удалось вытащить его только ценой огромных потерь. Его пытали, стараясь узнать правду о круге силы. Не будь он хранителем, он превратился бы в инвалида. Его вылечил круг силы.
— Я знаю, что ради денег эти люди пойдут на всё, но я всегда старался избегать ненужной крови, а вы предлагаете мне уничтожать людей целыми группами.
— Я не говорил об уничтожении. Я сказал, что они не должны дойти до круга. А как ты это сделаешь, решать только тебе, — спокойно ответил хранитель.
— Тогда легче, — вздохнул Араб с некоторым облегчением. — Так что мне предстоит на этот раз? Вы же не просто так начали этот разговор, мастер. Что стоит за ним?
— И ты снова прав, младший брат. Как я уже говорил, тебе предстоит испытание. Я не знаю, куда именно тебя отправит круг на этот раз, но знаю точно, что это будет очень не просто. Тебе снова предстоит миссия, только после выполнения которой ты сможешь вернуться обратно. Помни, я могу вмешаться лишь в том случае, если ты вдруг совершишь ошибку. Всё остальное тебе придётся решать самому.
— И когда я должен отправляться? — мрачно спросил Араб.
— Любое путешествие лучше всего начинать ранним утром, вместе с рассветом. Начинаешь путь вместе с солнцем, и оно сопровождает тебя на всём твоём пути.
— Тогда мне лучше вернуться на катер. Кто знает, может, это моя последняя ночь в этом мире.
— Смерти нет, брат. Есть только переход из одного мира в другой, — неожиданно ответил хранитель.
— Это спорный постулат, и я не готов к долгому философскому спору, — пожал плечами Араб, поднимаясь на ноги и пытаясь отключиться от ментального контакта.
Но не тут-то было. Даже захлопнув свою мозговую дверь, он продолжал ощущать присутствие в мыслях хранителя. Чуть подумав, Араб попробовал представить себя со стороны одетым в космический скафандр, по полированной, зеркальной поверхности которого соскальзывали все направленные на него мысли.
Ощущение чужого присутствия в голове разом пропало, сменившись полной тишиной. Одобрительно кивнув, хранитель поднялся и, медленно распрямляя спину, негромко сказал:
— Очень хорошо, младший брат. Использовать зеркало — очень умный ход. Но ты использовал его не до конца. Научись отражать им направленные на тебя мысли обратно к противнику.
— Я запомню ваш совет, мастер. А теперь, извините меня, и спокойной ночи.
— Спокойной ночи, брат, — улыбнулся хранитель, бесшумно исчезая в зарослях.
Устало вздохнув, Араб быстро сориентировался. Вспомнив, где именно находилась тропа, ведущая к озеру, он быстро зашагал к водопаду. Выйдя на берег, он нашёл взглядом катер и, увидев свет в каюте, с улыбкой мысленно позвал жену. На этот раз всё прошло намного проще и быстрее. Ему даже не пришлось закрывать глаза, чтобы представить перед собой лицо Салли. Он просто направил тонкое плетение стихии воздуха к катеру и сразу услышал её мысли. Она любовалась сыном, одновременно беспокоясь о муже. Подивившись про себя способности женщин поддаваться сразу нескольким разным эмоциям, он тихо, чтобы не напугать её, позвал:
— Милая, это я. Подгони катер к водопаду.
Уже через минуту, он услышал, как заработал мощный двигатель, и светящиеся иллюминаторы начали приближаться к берегу. Перепрыгнув на палубу катера, Араб легко взбежал по трапу к рубке управления и, обняв жену, тихо прошептал:
— Всё нормально, милая. Мы избавились от врагов. А от одного даже насовсем.
— О ком это ты? — не поняла Салли.
— О Ширли. Она сгорела,