Испытание

я должен буду спрятать их. Только избавившись от преследования можно будет вернуться к нормальной жизни.
— Так сделай это, — улыбнулся старик. — Теперь у тебя есть для этого всё необходимое.
— Хорошо. Тогда мне осталось только попрощаться с остальными, и мы можем отправляться.
— Именно поэтому я и позвал тебя. Помоги остальным добраться до Манилы. Там ваши пути разойдутся.
— Конечно, — улыбнулся Араб. — Они придут сюда или погрузятся в бухте?
— В бухте. Они уже ждут тебя. Там же я и провожу вас.
Кивнув, Араб помог жене перебраться на катер и, запустив двигатель, уверенно повёл его к протоке. В бухте, дождавшись, когда все посвящённые погрузятся на катер, он вышел на берег и, устало посмотрев в глаза хранителю, тихо сказал:
— Что будет дальше, мастер?
— Жизнь, — улыбнулся старик. — Не беспокойся. У тебя всё получится, — добавил он и бесшумно исчез в зарослях.
Прыгнув на катер, Араб запустил мотор и уверенно повёл его к выходу из бухты.

В порту Манилы посвящённые моментально растворились в толпе, едва успев кивнуть на прощание хозяевам катера. По лёгким усмешкам и быстрым взглядам, изредка бросаемых на них с Салли, Араб понял, что они в очередной раз здорово нашумели. Его беспокоили только две вещи: завистливые взгляды Кенди и задумчивое молчание Лизы, с которым она смотрела на малыша. Но после недолгих размышлений Араб решил не обращать на всё это внимания. У него было много других, более важных дел.
Перед уходом на палубе катера задержались только двое, Майк и Квон. Пожав руку новому члену круга, они быстро переглянулись и, помолчав, словно что-то решая, тихо заговорили. Начал разговор Квон.
— Не держи на остальных зла, брат. Им сложно принять то, что ты вдруг оказался самым сильным из всех, да ещё и независимым.
— Что значит независимым? — не понял Араб.
— Только мы вдвоём можем жить, где нам захочется, и перемещаться по миру, независимо от кругов силы. Всем остальным приходится держаться около одного из кругов. Иначе они быстро ослабнут. Не спрашивай, к каким именно кругам они принадлежат. Ты сам всё со временем узнаешь. Теперь нас, независимых, стало трое.
— Получается, что мы втроём должны будем мотаться по всему свету, защищая круги силы? — задумчиво спросил Араб.
— Мы самые сильные, — грустно улыбнулся Майк. — Сам знаешь, сильному всегда достаётся всё самое сложное.
— Знаю, — с улыбкой кивнул Араб. — Но ещё я знаю, что у меня есть семья и я отвечаю за неё. И это для меня самое главное.
— В случае необходимости ты всегда можешь вызвать женщин или ребят, на твой выбор.
— Нет, женщинам я не доверяю, — ответил Араб резче, чем было нужно.
Стоявшие перед ним мужчины дружно переглянулись, словно в одно мгновение обменявшись мыслями. Тяжело вздохнув, Квон попытался объяснить ситуацию:
— Пойми, брат, то, что случилось на совете…
— Я говорю не о совете, — не дал ему договорить Араб. — Я говорю о том, что видел.
— И что ты видел? — растерялся Квон.
— Как они смотрели на мою семью. Я не знаю, какие у них проблемы, это не моё дело, но предупреди их обеих, что, если они задумали против Салли и малыша что-то плохое, пусть лучше сразу откажутся. Иначе их самые страшные кошмары станут для них не больше, чем детской шалостью. Я могу быть по-настоящему жестоким, — тихо прошипел Араб, но от его голоса и вида шарахнулись даже эти закалённые мужчины.
— Ты всё не так понял, брат, — быстро заговорил Майк. — Они и не собирались причинять вред твоей семье. Просто они обе не имеют ни детей, ни семей, и ваше маленькое счастье остро напомнило им об их проблемах. Женщины более остро реагируют на такие вещи.
— Может быть, — мрачно кивнул Араб, — но на всякий случай передай им мои слова.
— Ты не прав, брат, — покачал головой Майк.
— Пусть я лучше буду не прав, зато спокоен за свою семью, — твёрдо ответил Араб.
— Хорошо. Я передам им твои слова, — тяжело вздохнул Майк. — А теперь запомни. Если тебе потребуется помощь, то просто представь одного из нас и позови. Мы придём так быстро, как только сможем. Того же самого мы будем ждать и от тебя.
— Я приду. Как только спрячу семью.
— Похоже, ради их безопасности ты готов устроить настоящую войну, — проворчал Квон.
— Ради их безопасности я выжгу не город, а страну, — ответил Араб, и Квон, невольно вздрогнув, безоговорочно поверил.
Быстро попрощавшись, друзья спрыгнули на пирс и моментально растворились в толпе. Только отойдя от катера на приличное расстояние, Квон быстро оглянулся и, повернувшись к приятелю, тихо сказал:
— Он действительно опасен, этот наёмник.