Новобранец отдела собственной безопасности полиции Роман Фокин проходит испытательный срок. Первое же дело ставит его перед серьезным выбором. Человек, спасший ему жизнь, подозревается в убийстве. И теперь только от Фокина зависит, будет ли преступление раскрыто и останется ли он в рядах борцов с оборотнями… Не существует испытательных сроков. Каждый день жизни — испытание.
Авторы: Кивинов Андрей Владимирович
взмахнул рукой. И точно! Первая же машина включила поворотник и затормозила, съезжая на обочину.
Спортсмен бросил контрольный взгляд на парк. Никто не появился следом. А значит, никто не увидит, как он садится в тачку! Ура! Он — чемпион! Он смог!
Не стоит торговаться — сколько спросят, столько и заплатит. Сейчас главное — время. Открыл дверцу, запрыгнул на сиденье.
За рулем девчонка. Вернее, девушка. Блондинка.
— Прямо!
— Куда?
— Сказал же, прямо!
Говорить тяжело, не хватает воздуха, надо отдышаться. Пальцем показал на ближайшую высотку.
— Туда!
— Пристегнитесь.
— Тьфу ты! Быстрей, быстрей…
Витек нащупал пряжку ремня, сунул в замок. Девушка, вместо того чтобы включить передачу, заблокировала двери и включила «аварийку». В ту же секунду в широкий затылок Вите уперлось что-то узкое, холодное и твердое, а ремень резко сдавил грудь.
— Так и сиди, физкультурник.
Голос не принадлежал блондинке. Потому что был мужским. Блондинка же выскочила из салона, обежала машину и встала возле правой двери. При всем желании и всей спортивной сноровке Витя не смог бы выскочить на улицу. Но сдаваться позорно тоже не собирался. Ведь он решил, что это банальный грабеж.
— У меня нет бабок. Приедем — расплачусь.
— Ты не расплатишься, а расплачешься… Хорошо вы, управленцы, бегаете. Загляденье! Руки положи на торпеду.
Все! Это не грабители. Это свои. А со своими шансы договориться есть всегда.
Он левой рукой повернул зеркало заднего вида.
Черт! Копейкин! А по голосу и не узнать!
— Копейка, что за шутки?
— О, сколько нам раскрытий чудный готовит агентуры дух… Александр Сергеевич Пушкин. Дыши спокойно, Витек… Конец фильма… Свет, вон Фокин бежит наконец. Помахай ему ручкой, а то проскочит.
Тезка великого основоположника теоретической космонавтики Константин Эдуардович Никитский имел все основания быть довольным собой. И вовсе не из-за последнего факта. Если не считать обострения язвы, жизнь явно налаживалась. Он сумел сделать то, о чем мечтал последние два года. Во-первых, досмотрел сериал «Lost». Во-вторых, стал полновластным хозяином фирмы. И уже успел оценить качество дивана от итальянского производителя «Бакстер», стоявшего в его новом кабинете. Секс на нем великолепен — как и предшественник, новый глава холдинга прекрасно осознавал важность выстраивания прочных взаимоотношений внутри коллектива и собирался продолжать корпоративные традиции.
В это прекрасное летнее утро Константин Эдуардович размышлял о том, как бы, наконец, приступить к дальнейшей реализации упомянутых деликатных планов, но был прерван секретаршей Машенькой, как всегда без стука вошедшей в кабинет. Она имела на это право, потому что полностью соответствовала производственным нормативам «90-60-90» и четко отслеживала информацию с межбанковской биржи. Ее строгий костюм соответствовал солидности учреждения и возбуждал социальную активность. А Никитский всегда был социально озабочен.
— Извините, Константин Эдуардович, вам депеша. Курьер привез.
— Оставь в папке.
— Говорят, срочно. Ответ ждут.
— Ладно, давай… И просьба… Пошли Володю в аптеку, пусть купит «Гевискон». Изжога. Пару упаковок. Деньги возьми у Екатерины Михайловны, у нее есть на общие расходы.
— Конечно.
Маша оставила депешу и профессиональной походкой, которой обучалась два года на специальных секретарских курсах, покинула кабинет.
Вскрыв конверт и пробежав глазами текст депеши, которая почему-то называлась «Постановление», Никитский от изумления привстал с места. Потом снова опустился. Изжога моментально прошла безо всякого «Гевискона».
«Я, следователь следственного отдела… рассмотрев материалы уголовного дела номер… произвести обыск в кабинете по месту работы… гражданина Никитского Константина Эдуардовича…»
Чьи это дебильные шутки?!
— Маша!.. Оглохла, что ли… Маша!!!
Но секретарша, вопреки обыкновению, не откликнулась. Ну да, он же послал ее искать Володю.
Глава холдинга вскочил с кресла и выглянул в приемную.
— И снова здравствуйте!
Знакомая физиономия. Ах да… Мент, приходивший в офис. С денежной фамилией. Копейкин, кажется. Сидит на Машкином кресле. Что ему еще надо? Слепнев гарантировал, что волноваться не о чем.
— Здрасте… Это ваши шуточки? — Никитский показал постановление.
— Наши… Только не шуточки… А с «Гевисконом» вы поосторожней,
