Исток

Впрочем, мои предосторожности были излишними, в папоротнике я нашел бесчувственного мальчишку. Поднапряг память Одыра. Ага, это Лащ, из почти людей, что живут у воды, ему примерно лет тринадцать, почти мужчина, по здешним меркам. У паренька несколько ссадин, немного сорванной кожи на виске, а в остальном на вид он вполне здоров. Дыхание ровное, не прерывистое, сердце стучит равномерно. Сотрясение мозга максимум. Очнется уже скоро. И от этой мысли я так и сел прямо в мокрый папоротник.
   И что мне с ним делать? Как быть!? Память Одыра требовала убить мальчишку, но этот порыв мне удалось легко погасить. Убивать глупо. В данной ситуации глупо в двойне. Но что делать то? Что!?! Как он себя поведет когда очнется? Я же убил его сородичей. А судя по памяти Одыра на подобные поступки реакция была однозначная — месть. Неужели все же придется убить? Я не вытащу на своем хребте столько женщин и детей. А этот мальчишка, он пригодится. Черт, как плохо то. Ведь оставлять его в живых значит все время опасаться удара в спину. А я себе не могу такого позволить. Слишком велика цена моей жизни, чрезмерно велика, настолько, что хочется найти веревку и повесится, от этой моральной нагрузки.
   На несколько секунд ухожу в себя, пытаясь найти ответ на свой вопрос в памяти первобытного человека, чьим телом я завладел по воле Его. Местные племена, живущие в джунглях, именно те что устроили сегодня эту бойню, были по своей сути мирными. И только крайняя нужда заставила «почти людей», что ходят по холмам, пойти на это нападение. Никогда раньше четыре племени не враждовали. Драки и споры случались но смертоубийство, этого память Одыра не помнила. Да были совсем чужаки, что приходили издалека, вот с ними, иногда, очень редко по правде, приходилось и дубинками помахать. Но четыре племени жили мирно им по сути не надо было ничего делить. Территорий и еды хватало их кочевья почти не пересекались. Так было, пока не пришли серые тучи. Сперва на них никто не обратил внимания, но тучи не уходили, они стояли годами, заволакивая небо и превращая солнце в размазанный тусклый фонарь, а не в яркое светило. А потом пришел голод и отношения между людьми стали стремительно портится, все чаще то одно то другое племя заходили в поисках пропитания на кочевые тропы соседей. По сути сегодняшняя встреча и должна была решить «как жить дальше». В принципе она её и решила, кардинально. Правда совсем не так как рассчитывали те, кто её устраивал.
   А вообще, я как человек двадцать первого века понимаю, что эта встреча нескольких племен в попытке договорится, это нечто невероятное для этих времен. Нечто опередившее время на многие тысячи лет. И жаль, что все обернулось именно так. И мне искренне не понятно, почему меня не подселили до всей этой бойни. Ведь я мог попытаться её предотвратить в зародыше. Мог? И понимаю, что нет, не получилось бы.
   Мои представления о каменном веке рассыпались в прах, чем глубже я погружался в слои памяти Одыра. Я всегда считал, что во главе первобытных племен стоит вождь или старейшины или совет старейшин. А оказалось, что местные вообще не понимали, что такое управление. В принципе. Не было в племенах ни вождей, ни старейшин. Не было!!! Как же они жили то? А вот так и жили, без руководства. Без указующей воли. Как!? У меня это не укладывалось в голове. Ведь даже обезьяны в своих стаях имели вожаков. А у людей их не было. Да, были тех кого уважали больше других, но их ни в коем случае не слушались, как командиров. Вообще, устройство местной внутриплеменной жизни ввергло меня в ступор. Нет управления, нет организации, нет структуры, нет даже семей. Дети не знают своих отцов. Да и не могут знать, так как матери их не знают! Да и мать понятие относительное. Как? А вот так, не важно кто родил дитя, важно кто кормит. То есть мать не та кто родила, а та кто еду дает. От этих «воспоминаний» у меня возникло ощущение, что я схожу с ума. Ведь так не бывает! Но так было.
   Так как же они жили? А так и жили, кочевой толпой, по сути не племенем, а стадом. Вот тут больше еды, туда все постепенно и двигаются. А если кто-то потребует идти в другом направлении, то его просто никто не послушает. Не племя состоящее из индивидуумов, а амеба, что тянется за пропитанием. А еще, в племенах было равноправие мужчин и женщин. Понимание сего факта, ввергло меня почти в прострацию. Как же так, ведь палеолит, кто сильнее тот и прав! Но оказалось все проще. Равноправие имело под собой экономическую основу. Да-да, именно экономическую. В это время женщина как добытчик еды ничуть не уступала мужчине. А по сему не зависела от него. Точнее зависела в той же мере, что и мужчина от неё. О небо! Как тут жить то? Как!? Если я ни черта не понимаю в местном социуме!? Плевать на отсутствие металлов, инструментов, плевать на то что из одежды одна