История любви леди Элизабет

лаской. С усилием вздохнув, девушка попыталась спросить, почему это произошло с ней.
– Почему? – прошептала Элизабет, не отрываясь от его груди.
Ян расслышал дрожащую нотку в ее голосе и понял вопрос; это был тот же вопрос, который он задавал себе. Почему он испытывал этот взрыв страсти каждый раз, когда прикасался к ней; почему эта единственная в Англии девушка заставляла его терять рассудок.
– Я не знаю, – сказал Ян, и его голос показался ему самому резким и неестественным. – Иногда так случается, – и мысленно добавил: с не подходящими друг другу людьми и в неподходящее время.
Тогда в Англии он настолько потерял голову, что в течение двух дней два раза говорил о женитьбе. Ян помнил ее ответ слово в слово, после которого она тут же таяла в его объятиях и целовала его с неистовой страстью, как и сегодня вечером. Он сказал: «У вашего отца могут быть возражения против нашего брака, но как только он поймет, что я в состоянии вас обеспечить, он согласится с остальным». Элизабет тогда откинула голову, оставаясь в его объятиях, и насмешливо улыбнулась: «Чем вы обеспечите, сэр? Вы обещаете мне рубин величиной с ладонь, как виконт Мондевейл? Соболей мне на плечи, как лорд Сибери?» «И это то, что ты хочешь?» – спросил он, не в состоянии поверить, что она настолько расчетлива, что решила выйти замуж за того, кто даст ей самые дорогие драгоценности или самые роскошные меха. «Конечно, – ответила она, – разве не этого хотят все женщины и обещают все джентльмены?»
Следует отдать ей должное, думал про себя Ян, борясь с чувством отвращения, – по крайней мере, она честно признала, что имеет для нее значение. Оглядываясь назад, Ян даже восхищался ее смелостью, но не ее взглядами.
Он посмотрел на Элизабет и увидел, что она смотрит на него с тревогой в своих зеленых глазах, нежных и обманчиво невинных.
– Не волнуйся, – небрежно сказал Ян, беря ее за руку и направляясь обратно к дому. – Я не собираюсь делать то ритуальное предложение, которым заканчивались наши прошлые встречи. О браке не может быть и речи. Кроме всего прочего, у меня уже нет больших рубинов и дорогих мехов в этом году.
Несмотря на шутливый тон, Элизабет стало неловко от того, как отвратительно звучали эти слова сейчас, хотя причины, заставившие ее сказать их тогда, не имели ничего общего с желанием иметь драгоценности или меха. Надо отдать ему должное, с огорчением решила она, он явно не принял это за оскорбление. Должно быть, в светском флирте есть правило: никто ничего не принимает всерьез.
– Кто ведущий претендент сейчас? – спросил он тем же небрежным тоном, когда они подходили к дому. – Должны быть другие, кроме Белхейвена и Марчмэна.
Элизабет мужественно старалась перейти от горячей страсти к легкомыслию, что для него, казалось, было так легко. Однако ей это не совсем удавалось, и ее небрежный тон выдавал смущение.
– В глазах моего дяди – ведущий претендент тот, у кого самый важный титул и затем больше всего денег.
– Разумеется, – сухо произнес Ян. – В таком случае, кажется, счастливчиком должен быть Марчмэн.
От полного безразличия с его стороны сердце Элизабет сжалось в необъяснимом ужасе. Защищаясь, она вздернула подбородок.
– Практически я не ищу мужа, – сообщила Элизабет, стараясь, чтобы ее голос звучал настолько же безразлично, насколько насмешливо говорил он. – Мне, может быть, придется выйти замуж, если я не сумею перехитрить своего дядю, но я пришла к выводу, что хотела бы выйти за человека намного старше меня.
– Предпочтительно слепого, – сказал Ян иронически, – который не будет замечать маленьких интрижек?
– Я хочу сказать, – объяснила Элизабет, мрачно смотря на него, – что я хочу свободы, независимости. И этого, вероятно, молодой муж не даст, в то время как старый может дать.
– Независимость – это все, что сможет дать старик, – произнес грубо Ян.
– Этого вполне достаточно, – сказала Элизабет. – Я чрезвычайно устала от того, что всю жизнь мною распоряжаются мужчины. Я бы хотела заниматься Хейвенхерстом и делать то, что хочу.
– Выйдя замуж за старика, – вставил спокойно Ян, – ты можешь оказаться последней из Камеронов.
Она посмотрела на него, не понимая.
– Он не сможет дать тебе детей.
– О, это, – сказала Элизабет, чувствуя себя почти потерпевшей поражение и оказавшейся в затруднительном положении. – Я еще не успела разобраться в этом.
– Скажите мне, когда разберетесь, – ответил Ян с ядовитым сарказмом, он больше не мог видеть в ней что-нибудь забавное или восхитительное. – Такое открытие может принести целое состояние.
Элизабет не обратила внимания на его слова. Она не успела подумать об этом, потому что приняла столь отчаянное решение после того, как