…Заслышав приближающиеся шаги, шестнадцатилетняя Огюста Мартин быстро оправила подол платья, подхватила оставленную на крыльце корзинку с фруктами и выскочила на улицу перед самым веснушчатым носом всего Монтр-Дорталя, который принадлежал святому отцу Клименту, иеромонаху францисканского монастыря богоугодников.
Авторы: Ir StEll A
– Угадай! – я выдернула зубами сигарету из пачки и нервно вонзилась в огонь.
Он сдёргивал с себя свои более чем скромные одеяния, едва успев торжественно протянуть мне одинокий безумный тюльпан тёмно-фиолетового колора с ало-багряным отсветом изнутри («Нина Михайловна, это Вам! Поздравляю!»). Когда его джинсы с футболкой накрыли скомканным пригорком заткнутые в кеды носки, он голым присел напротив меня, смущённо прикрывая руками холм-палатку real-семейных трусов чёрного цвета.
– А трусы? – строго спросила я.
– Не, Вы чё? У меня хуй стоит! – он с интересом разглядывал мои обнажённые обстоятельства.
– Ждал? – я встала из-за стола, демонстрируя уже всё и сделала вид, что меня что-то крайне волнует в окне.
– Не-а! Просто компьютер не выключил! Ирку только поздравил с утра и ей ввёл, когда мамочка меня за жопу щупает: «Мишенька, вставай – у тебя на экране что-то пикает!». Пришлось встать…
– Не пизди! – не вынесла я и метнулась к нему вокруг стола. – Снимай трусы уже!
– Не, не могу! Ну чего я здесь буду сидеть без трусов перед Вами, Нина Михайловна? Скажете, что мудак и пошлёте, а я только пришёл…
– Мишенька, прелесть, заткнись! – эмоций я больше не сдерживала. – Ты, пиздюк, здесь расселся в своих труханах, а кто меня будет в жопу ебать?
Выпалив, я поубавила сразу напор и немного сама растерялась. Дело в том, что в отличие от Мишиной знакомой продавщицы Наташи я не только не отдавала предпочтение анальному сексу, но и вообще знакома блестяще была с ним лишь в теории…
– Да? – Миша озадаченно смотрел на меня. – Почему в жопу?
– Я не знаю… – произнесла я уже совсем неуверенно, чуть развела рефлекторно потянувшимися к пизде прикрыть руками и призналась отчаянно: – Я не пробовала никогда!..
– Ну тогда дело другое! – он с готовностью стал спускать цепляющиеся за хуй трусы. – Куй железо, пока горячо! Ты хоть покакала?
Я и сама уже мысленно вынесла себе определение («Блядь!»), вспомнив о столь рекомендуемой во всех справочных пособиях процедуре предварения анального секса хорошей клизмой.
– Только вечером… – я опечаленно глянула ему в очки.
– Ничего, ещё лучше пойдёт! – заверил он и по-хозяйски развернул меня за бёдра: – Покажи!
Я наклонилась чуть-чуть и ладонями развела в стороны свои пышные булки. Он засунул мне палец в обрамлённое волосиками очко, и я почувствовала сразу все неудобства возможно испытываемые на приёме у проктолога: было одновременно стыдно, неудобно и неуверенно в попе настолько всё, что казалось постоянно хотелось обкакаться.
– Пока горячо… – повторил Миша и начал настраивать свой торчащий пылающий хуй, погружая его во влагалище и смазывая таким образом его о мою пускающую слюни пизду.
– Наковальню не поломай, кузнец выискался! – я почувствовала, как показавшаяся на этот раз просто толстенной тёплая головка его коснулась моего растягиваемого в стороны анального отверстия и начала сильно вталкиваться ко мне внутрь.
– Пукни на дорожку, пока не заткнул! – посоветовал он, и в зад ко мне въехало что-то сразу сильно ассоциировавшееся с понятием “скалка”.
Я громко вскрикнула («Аа-й!») и вобрала воздуха полную грудь.
– Наоборот же! Расслабься! Только чуть натянулась ещё…
Я почуяла жопою вверзаемый ко мне внутрь горячий шланг. Я взмокла вся, продолжая стонать, и наконец-то расслабилась, когда почувствовала прикосновение его волосатого живота к моей заднице. Миша чуть потерпел без движения и стал потихоньку вдавать. Кайфа не было – казалось лишь, что я какаю наоборот. Я просунула руку к пизде и затеребила вовсю. Этого, как выяснилось, только и не хватало! Моя попритихшая было пизда обрадовано откликнулась чавкающим влажным хлюпаньем и заиграла, переливаясь в руке. Мне захорошело несмотря ни на что! Я выгнулась сильно спиной, протяжно застонала и кончила, брызнув разлетевшейся в стороны струёй на пол, на ноги и на валяющуюся под ногами Мишину одежду. Стало тихо и очень легко сразу… Я с облегчением облокотилась о поверхность стола и слышала лишь размеренные негромкие шлепки мужского пресса в мою потную задницу. Он зашёлся в нахлынувшем кайфе, не нарушив почти тишины – молча и вжавшись всем собою мне внутрь. Внутри у меня сладко и знойно текло…
– Я люблю тебя! – сказал он мне всё ещё стоящей вверх-тормашками не в силах оторваться от приклеившего меня стола и поцеловал прямо в сраку.
– Ты чудо… Мишенька!.. – молвила я, поднимая глаза к бьющему в окно солнцу.
– Ага. На три буквы из буквы ха! – согласился он, и я, обернувшись, увидела его смеющиеся очки.
– Пиздюк! – жалобно-экспрессивно выругалась я. – Не видишь, что ли – я тебя тоже люблю! Продолжим!
Он резко уселся на стул, будто пришёл ко мне на
