…Заслышав приближающиеся шаги, шестнадцатилетняя Огюста Мартин быстро оправила подол платья, подхватила оставленную на крыльце корзинку с фруктами и выскочила на улицу перед самым веснушчатым носом всего Монтр-Дорталя, который принадлежал святому отцу Клименту, иеромонаху францисканского монастыря богоугодников.
Авторы: Ir StEll A
пуркнула…
— А и так! Паперди!! Шибани-ка ещё-ка разок!! — загоготал вдовольную охаль, да сильнее влупил внутрь совальник свой, так прижав уже на нутри, шо стеснилося вместе с мандой и жопе: исчо раз разтрескалась!.. — Охх-ха..ха!! Хараш-ша… Харашшша!!!
Он стал резво совать свой сувак на всю глыбину, да от сщастья прокапал с потливого лба ей на зад…
Дева-попутчица вжалась в скомканный под грудьми сарафан на осененных досках и лишь тихо попёрдывала, как особо накрепкую наддавал внутрь Хапок…
— Да ты зря так лежишь!.. — наставлял. — Как ни блятдь и ни разу ни ёббанна!.. Ты же жопой крути!.. Подъезжай, да елозь вбок-суда!.. Сразу станет терпеть неуёмчивей — враз сама закричишь!.. Ты ебацца умеешь-то?! Сразу видно, што нет…
А йей так-то сомлелось внутри ушже всё до невмочь — лежала вприжух, еле слыша себя — а тут вправду раз вздёрнула на сторону свои булко-подкатыши, другой, третий, и пошло!.. Как пленительный ток овевала-ручьём поизнутри всё овил… Хрипанула в промолчатое горлышко, да сподневоль занялась: «А..а… Айа-а… ААААА!!! Ааааааа!!!»
И так с задавка-тиха в полный голос вошла:
— Ойййй-ааааа-оооййййййй!!!
Тока тут узрел дура-Хапок, шо прошляпилось делу в свидетели — едет мимо уж местный фурор, и всем вскоро на радасть известиев, старушенция Лада_Агеишна на сердоликой бродяге-козе своей ильемуромской стати…
— Ловчее! Аттяжней ибби!.. Суй пад хвост, шоб в пищалку йей выставило!! — дала добрый совет в соучастие иму старушенция, минуя их на козе; да и ей: — Сцы на йайца ему, дура мокрая, шоб настрючил тебё полон зёв!!
— До свиданья, Егоровна!.. — возжелал ей счастлива пути в нетерпении каряжич Хапок…
Да так словкА подбоднул причитающей, да жопой мотающей деваньке, што та ашна взвилась у него на хую, заклокотала, заперхала, мало не кудахча на ево гобыльце… Да и ссучилась мокроструйкой прямо йиму внутрь в матник!..
— Йоп тваю!!! Хараш-шша!.. — Хапок заелозил на пых-тяге последних мочей. — Намачила в штаны, блядь незванная ведь!.. Как нассала, стервь опрудившая!.. Ну типпперь жжи и йа ттт..табббе!!!!!!! Опх!.. Опх!.. Опх!..
Вглубоке снова дал йей в пизду молока своево, а она тока губми зачавкала — не вмещалося в узку ладью, вот и краями текла!..
А потом уже в раж вошёл — стал поёбывать чуть не на кажн-версте!.. Да нахваливал:
— Ёп та ёб!.. А сладка перебралинка!.. Дай-к исчо проберусь!..
Тпрукал в вожжи, засново к сибе поближее садил честну-девушку скромнившую алы-губки, да и влазил до йей под подол пятернёй. Там не очень спокоился — всё хорохорил, кудлачился, брал за ту… Манде продыхнуть не давал… Слезилась манда… Девка пунцовелась, чуть одыхивалась, да пряталась лик в отворот на плече…
А он знай нахваливал, да гоношил:
— Мандовитая барышня, знатная! Да слизка… А говоришь из простых!.. Тепе б сунуть разок прямо в сказошницу, шоб вралей не несла — так и вышло бы по-благородному!.. Они знаешь как любят тово — шобы перепалк прямо в едмак им вошёл, да и ёб! Сознавайся уже в благонравии, тайногородка заёбанная — будешь в рот?!
Она не противилась уж, када просто йебал… А кода тута сунул под рот, да пригнул до сибе: «на — попробуй-ка!..»; так и стряслась:
— Не!! Не!.. Н..
Да и засмоктала всего…
Хапок в удовольствии потом пару-тройку ей разов так в губы давал наудержь…
А то и телегу свой самакат не останавливал — обернёцца до вжатой до ей к ему в бок, вломит на небо локоток, сдерёт сарафан, да к подмыхе приложицца: «Ох и сладка!!..» Та и спрокинет иё прямо в дён-сеновал, шо позади по под жопами. Опрокинет голяшками вверх, разневестит покровы на ей, да и въебёт по самое некуда — шо она тока пыжицца, да вздыхает срамно на под йим!..
Но особо, конешно, сгораздился, когда стал торговать ей попутчикам…
— Себе хошь таку? Так заходи зря усаживайся! Размечи мотыля, а она ушж, небось — разом справицца!!
Заходили разок-другой — всем понравилось. Вечерело меж тем…
Разъебата пизда ушж впускала порою и двух до разу, и жопой в гости нечайно брала. А хозяйка иё только ссыкалась от внаплыв на иё удовольствиев, да наохивалась до конца дня тому уже всласть…
— Забрало девку-блядь, видать, в неостанов!.. — слегка жалился для производству пущего на себя уважениев уже пооблегчённый чуть раз не сорок — с голодухи-то! — коча Хапок. — С утра ёбствую, с первоспуску иё — вишь цветёт!..
То рассказывал уже, глядя в первые звёзды, да в белодымы сельских изб у горизонта в гостях…
Рассказывал то не попутчику — попутчики кончились — а рассказывал родмовке-попутчице с одного с ним края, которая встретилась
