…Заслышав приближающиеся шаги, шестнадцатилетняя Огюста Мартин быстро оправила подол платья, подхватила оставленную на крыльце корзинку с фруктами и выскочила на улицу перед самым веснушчатым носом всего Монтр-Дорталя, который принадлежал святому отцу Клименту, иеромонаху францисканского монастыря богоугодников.
Авторы: Ir StEll A
кисет-сигаретницу, закурил и вывалил из трикушников хуй.
Он не курил с пятого класса и теперь с наслаждением самоистязателя ждал приступа хорошо запомнившейся с детства тошноты от процесса. Олеся и голая Ирочка замерли подобно двум модель-образцам для изваяния легендарной статуи спортсменки с веслом. И если куда смотрела Ирочка было неизвестно, то распахнутые зеницы Олесеньки созерцали исключительно лишь прижимающийся залуплённой головкой к пупку тренерский хуй. Он курил в затяжку, глубоко, ожидая с мгновения на мгновение отшибающего мозги приступа кашля. …Но не было даже обещанной сознанием тошноты… Внутри, мягко развернувшись, начинала медленно прогреваться в льняную из стали спираль…
Олеся, медленно приходя в себя, как завороженная потянулась рукой и обвила ладошкой крепкий бархатный ствол. Перевитые вены сильно пульсировали в ладошке, и она, не сдержавшись, сильно стиснула кулачок. Атила чуть захлебнулся в дыме и потушил о стену ставший бесполезным бычок.
– Ир, иди… ты первая… да?.. – Олеся обретала постепенно дар речи.
– Алексей Анатольевич, можно, да? – голая Ирочка стояла с ним рядом и одним из торчащих розовых сосков чуть касалась покрытого шерстью предплечья мощных сложенных на груди его рук.
Он посмотрел вниз на вовсю увлечённо сосущую Олесеньку и серьёзно-обречённо кивнул. Ноги уже не ощущались почти, тянуло то ли выматериться, то ли взлететь… Ирочка присела рядом с Олеськой и осторожно просунула ладошку между её подбородком и большими овалами, ухватив Алексей Анатольевича за отвисло-горячий мешочек яиц у самого основания. Сиськи её теперь плотно прижались к его ноге.
Олеся нечеловечески усердно перекатывалась всем своим маленьким ротиком по надутой залупе и почмокивала от неумелых попыток сосать. Ирочка потянула за яйца сильней, и золупа забралась в рот к Олесеньке полностью, придав крайне обворожительное и до жути смешное выражение её лицу. С Олеськи градом лил пот. Короткие рукавчики топика поплыли кругами под мышками, а по надутым щекам разлился до глаз нежный симпатичный румянец.
– Ффф-ух! – она оторвалась на миг. – Ого… Здорово!.. Будешь?
Маленькая отличница предлагала подружке хуй, будто заурядное эскимо.
– А как? – Ирочка Мальцева обладала вовсе не меньшими знаниями (порнуху утянутую у Олеськиного брата они вчера смотрели вдвоём), просто характер у неё был куда менее решительный, и она всегда немного стеснялась…
– За щеку! – с нерешительностью любимой подруги Олеся Гончар боролась самыми экстремальными методами. – Целуй!
Она отклонила хуй тренера на сторону и обхватила Ирочку за плечо, придвигая ближе. Ирочка чуть прикрыла глаза и шевельнула губами.
– Ага? – Олеся поводила пахнущей мускусом золупой у неё по губам и прижала голову подружки сильней. – Теперь соси!
Ирочка, не открывая глаза и едва касаясь головки, принялась легонько посасывать из ощутимо затрепетавшего в её ротике маленького отверстия.
Но долго сосать уже не пришлось. Атила весь напружинился, подобрался каменными ягодицами и отлетел… Ирочка, с по-прежнему закрытыми глазами продолжая прилежно посасывать, пила и маленькими глоточками проглатывала его ринувшийся наружу молочно-кисельными берегами горячий непонятного вкуса поток…
– Ир, ты что… – у восхищённой Олеськи вспотели трусики между ног. – Это же сперма!..
– Да? – Ирочка со слегка провинившимся видом втянула губки, облизывая. – А сама говорила «нектар»…
– Вот ты дура, это ж не я! Это в той книге написано! Хоть бы немного оставила… Вкусно или врёшь, как всегда?
– Весь отпад!
– Да ну!!!
Тренер возвращался в себя под мирно-возбуждённое чириканье у его отвисающего всё ниже хуя.
– Обе – раком! – скомандовал Атила тоном, который обычно собирал в шеренгу разбросанную по площадке команду за пятнадцать секунд.
– Ой, нас кажется будут ебать! – как выяснилось, подобное Олеся могла изречь не только ворчливым шёпотом на тренировке, но и с плохо скрываемой ноткой явной обрадованности, облокачиваясь на скамейку в раздевалке рядом с Ирочкой Мальцевой и задирая свою мини-юбку.
– Хер дождётесь! – в Алексей Анатольевича вернулась вся спортивная строгость.
Он присел перед Олесей на корточки и стянул до коленок ей белоснежные трусики промоченные чуть ли не до резинки. Маленькая, едва прикрытая тонкими шелковистыми волосками пизда выглядела у Олеськи до неприличия детски – плотно сложенные в выпяченный бутон два валика чуть порозовевших от возбуждения губ надёжно скрывали все прелести нераспущенного девичьего цвета. Он раздвинул мягкие полушария, и пизда потянулась на стороны, слегка приоткрывая
