Избавление

но виар только фыркнул.
«Вполне вероятно. Думаю, он не захочет рисковать понапрасну. И, честно говоря, полностью его в этом поддерживаю. Потому что, стоит хоть кому-то из смертных прознать правду… знаешь, я люблю свой лес. И свой дом. И Стаю я тоже не хочу потерять, — тихо проурчал волк. — Мы не трогаем людей, не едим человечину, не убиваем без серьезной причины и всячески поддерживаем легенду, созданную ради нас Ковеном. Нас нет, юный лер. Просто нет на Зандокаре. И знаешь что? Я бы очень хотел, чтобы так оно и осталось. Не думаю, что стоит посвящать в эти вещи смертных. Даже если это — твои друзья».
Юноша уронил взгляд в землю.
«А я?»
«Ты — маг, — серьезно сказал Раг. — Пусть еще необученный, диковатый и мало понимающий в своей силе. Но ты — маг, а это значит, что ты обязан знать о нас. Так принято. Таков закон, а мы уважаем законы, поэтому сейчас ты сидишь здесь, с нами, и спокойно разговариваешь вместо того, чтобы нестись сломя голову вдоль берега нашей реки. Да, мы не слишком любим Ковен за то, что он ограничивает нашу свободу, но маги — единственное, что стоит между нами и смертными. Единственное, что удерживает нас от войны. А мы… знаешь, однажды мы уже были на грани вымирания. И больше не хотим повторения».
«Значит, ты не станешь возражать, если моим друзьям сотрут память?» — шепотом спросил Вэйр.
«Нет».
«А что, если я буду против?»
Волк пристально взглянул на тревожно замершего парня, но тот не отвел горящего взора. И столько было намешано в его синих глазах, столько сомнений, колебаний и тревоги, что молодой оборотень лишь вздохнул.
«Прости. Боюсь, от тебя это не зависит. Хотя я, конечно, хорошо тебя понимаю. Сам бы не желал оказаться в твоей шкуре. Но даже это понимание не заставит меня выбирать между существованием собственной Стаи и небольшим неудобством для твоих друзей. Так что прости. Здесь я не могу тебе помочь».
Юноша невесело кивнул, а потом поднялся и отошел в сторону тревожно ожидающих друзей: ему было о чем с ними говорить.
К Вожаку их привели лишь к полудню следующего дня.
Вэйр подспудно ожидал увидеть величественную скалу, с высоты которой старый волк взглянул бы на незваных гостей, или гигантское логово, или глубокую пещеру, в которой бы прятались самки с детенышами, однако виары привели их всего лишь на большую лесную поляну. Правда, старательно вытоптанную множеством лап, с тщательно убранными деревьями, чистую и открытую всем ветрам. А потом оставили гостей одних и стремительно растворились среди пышных кустов.
Даст беспокойно проводил их глазами, чувствуя себя крайне неуютно посреди пустого пространства, словно бы в роли готового обеда на неприхотливо сервированном столе. Дескать, зеленая скатерть, еловые веточки для аромата, яркий солнечный фонарь над головой, приятная музыка птичьего гомона… и они. Втроем. Как готовые к употреблению куропатки.
— Ты уверен, что не тронут? — шепотом спросил он у молодого мага.
Вэйр отрицательно качнул головой.
— Не должны.
— Может, Вожак решит с нами не рисковать?
— От него не все зависит, — так же шепотом пояснил юноша. — Я скорее поверю, что он решит весточку в Ковен отослать насчет меня. А вас не тронет. Вы им без надобности.
— Боишься? — вдруг остро взглянул южанин.
— Не знаю, — честно признался Вэйр. — Мне не очень это нравится, но мы на их территории. Пришли без спроса, потревожили дозор… честно говоря, я больше боюсь, что мне не позволят вернуться домой.
Даст настороженно покосился по сторонам, но пока ничего подозрительного не заметил: никто не спешил сюда по их души, не завывал зловеще из-за кустов. И вообще, почему-то казалось, что это — всего лишь дурной сон..
— Если что, сможешь Воду призвать? — неожиданно спросил он у Вэйра.
— Не уверен, — тихо отозвался тот. — Река далеко. Подземные источники остались в стороне. Шагах в пятистах отсюда есть небольшой ключ, но я не думаю, что смогу до него дотянуться.
— То есть, если на нас нападут, ты не сможешь защищаться?
— Скорее всего, смогу. Но недолго и гораздо хуже, чем у реки или моря.
— Плохо, — южанин поджал губы и невольно скосил глаза на Миру: девушка, узнав правду о виарах, теперь не отходила от него ни на шаг. Постоянно жалась, беспрестанно вздрагивала, заслышав глухое волчье рыканье, в испуге хваталась за крепкую мужскую руку, если кому-то из оборотней доводилось просто пройти мимо или мельком посмотреть. Мира боялась. Она действительно до дрожи боялась громадных оборотней. И даже заверения Вэйра в том, что они не едят людей, не сумели приглушить ее первобытного страха перед древним ужасом Сольвиара. Лишь сейчас, когда волки надолго скрылись из виду, она решилась чуть отступить