Избранная Иштар

из таких ночей Муся и натолкнулась на Него! Именно так, с большой буквы. Таинственного гостя звали Нимлик и был он сыном вождя Северных великанов. Огромный, так что Муся дотягивала ему до подбородка, толстый (сомнительный так по мне критерий красоты), добрый. И такой же как троллиха одинокий… почему Нимлику не нашлось места в собственном племени Муся не знала, но с того вечера, оба одиночества встречались каждую ночь, убегая от сородичей.
Нимлик учил Мусю правильно говорить и орудовать ложкой, Муся Нимлика — ловить рыбу острогой, как умели только тролли. А что может произойти между двумя одинокими подростками? Либо подружатся, либо влюбятся. Ну вот юная троллочка и верила, что Нимлик полюбил ее душу, ту самую загадочную женскую.
О своей беременности Муся сообщала другу радостно, щедро даря Нимлику улыбку вместе с венком из одуванчиков. Был у троллей такой обычай, что девка, коли ей нравится парень, плела ему венок. Мечтала, что вот-вот великан улыбнется и, одев на голову плетеное троллихой безобразие, пойдет с Мусей к вождю. Только вот радости у Нимлика не было. Только тихий стон, вырвавшийся из груди и вцепившиеся в волосы руки. А потом… потом юноша пропал. Муся осталась. И стремительно растущий живот остался, а еще осуждающие взгляды, которым провожали внучку вождя.
Родился Грю еще большим непохожим на соплеменников, чем мать. Слишком белокожий, слишком маленький, слишком на лицо похожий на Северных великанов. Народ вокруг роптал. Вождь пока что молчал. Муся была его любимицей и он искренне хотел внучке счастья. Даже немалое приданное подготовил, а кто ее теперь возьмет порченную? Да с приплодом. Но внучка любимая, правнук опять же. Не обеднеет же вождь, даже если появился лишний рот? Ну а потом что? Когда вождь отойдет в долину вечных костров, кто вступится за непутевую девку? Потому мужчина, резко постаревший не на один год, молчал.
А потом приехал вождь Северных великанов Азур Могучий. Долго требовал поднять на пики бастарда, грозил войной. И ведь ничего не всколыхнулось в груди старого вождя от вида внука. Только за чистоту крови радел и настаивал, что не жить полукровке княжеского рода, не быть угрозой наследственной власти. Муся до сих пор не знает, какие боги ее надоумили, но потребовала отречься перед лицом Масуры, богини-покровительницы Северных великанов, от внука. Богиня отречение приняла. Получается ни у отца теперь прав на Грю не было, ни у Муси просить для сына денег или власти.
Но неспокойно стало все равно в племени, соседи троллей стали притеснять. Все чаще стали стычки происходить. Много раз предлагал дед Мусе отправить мальчика под откос, в море, но сама юная мама мотала головой. Ее сын, ее! К концу третьего гожа жизни тролленка озверели окончательно сородичи женщины. Во всем у них крайняя оказывалась Муся и ее Грю. Куда не плюнь во всем виновата ‘эта девка и ее выкормыш’. Тогда то Муся и решила бежать. С тех пор и скитается.
Дослушала рыдающую троллиху и нахмурилась. Что-то в этой ситуации непонятно. Зачем ищут Грю Северные великаны? Романтическая натура во мне, конечно, выдала идею насчет того, что Нимлик раскаялся и, возможно даже после смерти отца, против которого не мог пойти, ищет родную кровиночку. Угу. Двенадцать лет не вспоминал, папу боялся. Здоровый мужик. Я скорее поверю, что Грю ищут, чтобы избавиться от конкуренции. Бастард он конечно бастард, но, а вдруг начнет претендовать на место вождя? Отречение перед ликом Масуры оно конечно имеет вес, но… непонятно и запутанно в общем.
Чую, однако, что Мусю надо прятать, но я то что могу сделать? Если они Ларра пододвинули в родном доме и обследовали гостиницу сверху до низу… то что им я? С другой стороны — прошли защиту ‘Замка’ — ничего плохого не замышляли. А вдруг амулеты какие были? Странно все это и непонятно. Подвергать опасности всех домочадцев я тоже не могу. Особенно Миладу. Мне Тео уши потом открутит, а король еще и добавит.
К кому бежать? Тут конечно без особых сомнений — к родителям Тео. Не знаю уж вступятся ли они за Мусю, но спросить то можно попробовать. От меня не убудет. Эльфийка же у нас вся из себя такая жалостливая, должна проникнуться судьбой троллихи с ребенком.
— Мусь, я не привыкла сотрясать воздух пустыми словами, потому я попробую тебя спрятать и сделаю все, что в моих силах, — честно пообещала, — главное чтобы было мне по силам.
— Госпожа леечка! — растроганно прошептала троллиха, утирая слезы рукавом.
А я лихорадочно думала. Могу ли подвергать опасности всех своих домашних? Миладу, Ирну, мальчиков? На что пойдут эти странные люди? Но Муся… Она тоже своя! В моей ‘стае’!
Что-то последнее время у меня море проблем, хотя постойте, начались они, когда я приняла поцелуй