Избранная Иштар

не позволить противникам убедиться, что Муся под надежной охраной.
— А вы, лея, жуткая обманщица! — протянул наконец Маххабат, присаживаясь на лавочку, к которой я подвела великанов.
— С чего бы это вдруг? — удивленно вскинула брови, с удовольствием отмечая, что Грэгорик уже вышел из здания и теперь направлялся в нашу сторону.
— Еще пару дней назад вы уверяли, что знать не знаете где скрывается Муся с ребенком.
— Почему же, — внешне я совершенно спокойна, — я действительно не знала, где скрывалась Муся на ТОТ момент.
Великаны мою оговорку заметили. Выводы для себя определенные сделали.
— Итак, давайте обсудим условия передачи нам троллихи и мальчика, — кивнул Маххабат, доставая из складок плаща увесистый кошель, — что вы хотите, денег? Драгоценные камни? Мы можем выкупить их жизни у вас.
Выкупить жизни. Что-то мне совсем перестало нравиться. Странное вообще построение предложений. И если в мешочке у них действительно драгоценные камни, Мусю и Грю они оценивают дорого. Причем именно двоих, а не по отдельности. Занятно. Надо подумать об этом.
— Я не продаю друзей, — покачала головой для убедительности.
— Лея, мы же можем и по-плохому, — внезапно окрысился молчавший Азават, — уверены, что хотите неприятностей.
Склонила голову к плечу. Как говорилось в книгах по психологии, именно такая поза располагает к себе собеседника. Надеюсь, я выгляжу достаточно невинно, чтобы до поры до времени меня не принимали в расчет.
— Например?
— Сообщить вашему королю, что вы силой удерживаете жителей северного кряжа. Муся с сыном были и остаются подданными своего племени, которое располагается на наших землях.
Угу. Похвалила себя и заодно поблагодарила Брока и Грэгорика, которые помогли быстро провернуть принятие Муси в ‘гражданки’ Истрана. А то увезли бы сейчас троллиху, и я даже сказать ничего не могла. Ну конечно кинулась бы к Тео, но ни Ишхасса, ни короля сейчас нет в городе. Пока те вернулись бы, пока разобрались, боюсь, Муся была бы уже трупом.
— Король не в городе, — задумчиво заметила, разглядывая приближающегося Грэгорика.
— Нам подойдет любой представитель власти, — сухо заметил Маххабат, недовольно поглядев на соплеменника.
— Предположим, — кивнула, оставаясь совершенно спокойной. А что мне? Такая опасность точно не грозит, троллиха подданная Истрана, клятва принесена, документально подтверждено, — еще?
Кажется, я смогла выбить великанов из равновесия. Мужчины переглянулись и удивленно на меня посмотрели. Они предполагали, что с этого момента я начну торговаться? Трижды ‘ха’!
— Вас не пугает перспектива пойти против закона?
Даже если бы меня пугала, я бы не моргнув глазом позволила спрятать Мусю в теневом дворе, а то что попало в руки к Ульриху второму… Даже найди троллиху Азават, договориться с теневым королем им не удастся. Думаю с явной благосклонностью ко мне Одише, оставалось, кстати надеяться, что о причинах мафиози не в курсе, — последние поимели бы с меня больше, чем кошель с драгоценными камнями. Богами тут не разбрасываются.
— Ничуть.
Удивленно молчат, переваривая мои слова. Видимо успели оценить защищенность ‘Ночной кобылы’, раз предположений о штурме и захвате Муси не прозвучало. Потому Маххабат удивленно перевел взгляд на остановившегося невдалеке Грэгорика.
— И вашего представителя власти это не смущает?
— Ничуть, — повторилась, радостно оскалившись. Меня это словесная перепалка уже начала забавлять. Если пятнадцать минут назад я тряслась от страха, то сейчас была спокойна как удав.
— Зачем вам троллиха с ребенком? Лишние проблемы, ежедневно боятся за свою жизнь, оглядываться, ожидая ножа в спину, — недвусмысленно намекнул Азават, вглядываясь в мое лицо.
Надеялся увидеть страх? Да, мне страшно, но не дождутся в общем.
— А зачем она вам? — быстро парировала, раздумывая идти ва-банк или нет. Грэгорик так удачно стоит в стороне, не услышит ни слова про Ишхасса или Иштар.
— Мальчик член нашего племени и мой родич, — патетично начал Маххабат, останавливая жестом соплеменника, — мы хотим чтобы внук вождя жил в подобающем ему окружении, что вряд ли может обеспечить скитающаяся по дворам троллиха.
Складно врет, однако. Я почти поверила бы, не знай всей ситуации в целом. Мысль зацепилась за ‘внук вождя’, значит Нимлик так и не стал вождем? Почему? Какие могут быть варианты? Масура прокляла их всех, начав с правящего рода, мог ли в свете этого погибнуть неудачливый любовник Муси? Мог, конечно, но меняет ли это как-то ситуацию?
— Складно звучит, но зачем вам в таком случае нужно было выкупать Мусину жизнь?
— Оставь лицемерие, женщина, — взревел