Избранная Иштар

что вы попросите.
— Я попрошу вас снять проклятье, — обвела руками просторный зал.
Мужчины оглянулись, придирчиво разглядывая обстановку и перевели взгляд на толстячка. Ром Тувве пораженно переводил взгляд с меня на мужчин и, казалось, готов был расплакаться. ‘Спецагенты’, как я прозвала гостей, согласно кивнули. Нет, я все-таки не святая, были у меня свои задумки и планы на эту таверну. И сдается мне, уговорить рома Тувве, если тот будет чем-то обязан мне, будет гораздо проще.
— И после этого вы забудете о том, что видели нас и про магических наблюдателей?
— Каких наблюдателей? — наигранно удивилась я, хлопая ресницами, — не было никаких наблюдателей.
— А мы…
— Разве мы с достопочтимыми леями встречались? — развела руками.
— Прекрасно, в течение нескольких дней мы решим этот вопрос.
Мужчины коротко поклонились и вышли, а я довольно потерла руки. Ром Тувве стоял как громом пораженный, когда он, наконец, соизволил повернуться ко мне, в его глазах были все звезды млечного пути.
— Лея, я…
— У меня к вам деловое предложение, ром Тувве, — поспешно оборвала трактирщика. Присела за один из столиков и собралась с мыслями.
— Ром Тувве, в скором времени откроется моя гостиница, и, думаю, народ ко мне пойдет, я щедро привношу в обычную жизнь магические артефакты: фонари, поддерживаю приятный запах даже в нужниках, магические замки. Но есть еще одна ниша, которую я пока не заняла. Это празднование каких-либо событий. Например, свадеб.
— Дык, зачем же в гостинице, дома оно сподручнее?
— Вот смотрите, ром, в гостинице накроют стол, опять же не стоять у плиты, испекут огромный торт, украсят зал, пригласят менестреля и щедро сдобрят магией. И по цене ниже той, что запросят столичные маги. Диковинка? А почему нет, женятся то раз.
В чем-то ром Тувве был со мной согласен. Кивнул и задумался. Я молчала. Толстячок сам был должен дойти до мысли, что без меня ему никак, и попытки сделать самостоятельно проиграют, как ни крути.
— И вы будете организовывать все у себя?
— Возможно что-то и у себя, но моя гостиница большая, закрывать ее всю неразумно, вот если бы было какое-то еще помещение, поменьше моего, — я нарочито медленно обвела глазами общий зал таверны, — которое беспрепятственно можно было закрыть, а я бы с умным хозяином поделила прибыль, скажем пополам? Не скрою, жадность во мне попыталась побороться с совестью, все-таки идея моя, магия будет моя, просить надо больше: хотя бы шестьдесят процентов от прибыли, но совесть бой выиграла.
Ирна, все это время сидевшая тихой мышкой, уставилась на меня с немым обожанием, девочки тоже как одна вздохнули с непонятной интонацией. Явно приписали меня к лику святых. Ау, мозги моих спутниц, я с этого прибыль получу. Ну и благородные порывы, есть они конечно, но деньги в преддверии войны важнее. В общем, ром Тувве согласился и на радостях расселил моих спутниц в комнатках на втором этаже. Даже вкусным обедом накормил. Действительно вкусным. Оставила Ирну и девочек на попечение трактирщика и отправилась в город. Энаю тоже оставила. К чему уж, если за мной такой пригляд. Хотя… я там в ‘Кабане’ умереть сто раз могла, пока они решили, что можно раскрыться. Осторожной надо быть, мало ли какие маньяки появились в столице за время моего отсутствия.
Не мудрствуя долго, отправилась прямиком в университет магии. С его поисками вышла проблема, ну никогда я не связывала свое будущее с высшим образованием, потому никогда и не интересовалась расположением этого учебного заведения. Само здание меня впечатлило и напомнило фильм про Гарри Поттера. Его случаем не тут снимали?
Пропускать в дверях меня не хотели, пришлось настаивать. Очень. И ругаться. Ничего, зато после парочки крепких слов, услышанных от гномов, строящих ‘Кобылу’, мигом пропустили. Сразу же поверили, что я на экзамены? Даже проводили к декану факультета теоретический и прикладной магии.
Факультет располагался на втором этаже общего корпуса и сдается мне, эти несколько комнаток и есть собственно мой дом на ближайшие несколько лет. Крохотный кабинет, с секретарем-гоблиншей в предбаннике. Просто мечта всех последних пяти лет. И посреди захламленного книгами и свитками кабинета восседал ОН! Декан, который встретил меня прохладно, но за часть моего обучения было заплачено, потому мне предложили предоставить на суд строгой комиссии мои артефакты. Могут же и не взять. Сейчас я это поняла с пугающей ясностью. И золото их не остановит.
Собственно вся ‘комиссия’, как оказалось, состоит из одного человека — декана. Что-то мне стало это напоминать фарс. Хоть бы представился. Нет, я вижу как его зовут, на столе стоит табличка