Избранница дракона: меж двух огней

Данил, сжимая мою грудь.
Не знаю, как я не услышала и не заметила его появление. Видимо, слишком была занята разглядыванием светлячков и звёзд, но сердце забилось вдвое чаще. Спиной чувствовала его обнажённую грудь, его дыхание опаляло кожу и когда губы принца коснулись моей шеи, не смогла сдержаться и застонала от удовольствия.
— Моей ведьмочке нравится, — мурлыкнул дракон.
И тут я, конечно, напряглась всем телом, нахмурилась и вообще попыталась отплыть. Только Данил тут же прижал к себе крепче. Одна его рука сжималась на талии, вторая, обхватывая грудь, игралась с соском. Из-за прохладной воды они набухли и теперь чуточку болели.
— Данил, — позвала я его.
— М-м?
— Что с тобой случилось?
Вполне себе резонный вопрос, ответ на который я услышала:
— Ты со мной случилась, моё рыжее несчастье.
Сам он…несчастье! Причём несчастье, от которого фиг отделаешься! Или, может, я сама не хотела никуда уходить. Не было ни сил, ни желания отказывать ему. Наоборот, до безумия хотелось, чтобы он касался мне вот так, как касается сейчас.
Только разумом я понимала, Данил всё ещё зациклен на Алекс. Она центр его вселенной. Девушка, к которой он даже не позволяет себе прикасаться. Не потому, что Скай его брат или ещё почему-то, а потому, что боится причинить ей боль, напугать.
Слишком Алекс дорога для него. И именно по этой причине внутренне противоборство в очередной раз одержало победу над практически неконтролируемым желанием. Гормоны гормонами, но я пока сама не готова отдаться ему.
Не сегодня, по крайней мере. А в том, что это когда-нибудь произойдёт, я даже не сомневалась, слишком меня тянуло к нему, и сила этой тяги казалась непреодолимой в некоторые моменты. Останавливало лишь напоминание о его чувствах к Алекс.
— Данил, — я сглотнула ком в горле и повернулась к нему лицу, когда хватка рук на моей талии чуть ослабла. — Не надо переходить эту черту, хорошо?
— Какую черту, Ирма? — дракон обхватил моё лицо ладонью, а большим пальцем очертил контур нижней губы, чуть надавив. Глаза его вспыхнули ярким пламенем.
Я тяжело вздохнула и ответила:
— У нас с тобой непонятные, странные отношения с подколками и саркастическими шуточками. Данил, мы с тобой даже не друзья! Но при этом ты видел меня обнажённой, как я поняла, уже два раза и даже пытался затащить в постель.
— Это был душ, — поправил он.
— Не суть важно, — я нахмурилась. — Важно другое. Мы оба знаем, что ты любишь Алекс. Я понимаю, может, ты ищешь утешение на стороне, но не надо, пожалуйста, играть моими чувствами, потому что я боюсь предательств.
Закрыл глаза. И молчал. Каких-то несколько секунд, но для меня время тянуло неумолимо медленно. Смотрела на его лицо с закрытыми глазами и руки невольно тянулись к нему, чтобы прикоснуться к запретному. Он мой запрет!
Когда дракон заговорил, голос его звучал горько:
— Я думал, что любил её. Но ошибался, Ирма. Это было что угодно, только не любовь. Если бы любил по-настоящему, то поступил бы, как брат. Схватил бы и запер от всех, поставил бы драконью метку силой и овладел бы. Но она любит его. Настолько сильно и безумно, что мне никогда не понять этой любви. Потому что, как выяснилось, я и любить-то не умею.
Это была минутка лирического отступления. Данил раскрыл душу лишь на мгновение и тут же закрылся, улыбнувшись.
— Я хочу быть друзьями, — вдруг сказал он.
— То есть, я правильно поняла, ты хочешь, чтобы мы стали друзьями? Нормальными друзьями, которые часто проводят время вместе, много разговаривают, доверяют и делятся друг другу сокровенным?
— Ну, что-то вроде этого, — принц хмыкнул. — А как ты смотришь на дружеский секс?
Я закатила глаза, но не выдержала и всё-таки рассмеялась.
— Никак. Секса между друзьями не бывает.
— Я же оборотень, Ирма, — как бы напомнил Данил. — Значит, чувствую твоё возбуждение и желание. Ты знала, что потрясающе пахнешь? Этот запах не даёт мне покоя с тех пор, как я позволил себе напиться и вломиться к тебе в комнату. Ночью, пока ты спала, я обнимал тебя и наслаждался лёгким, но умопомрачительным запахом твоего тела, твоей невинности. Чуть с ума не сошёл. Хотел овладеть, взять силой.
Я вздрогнула.
— Но сдержался, — продолжил принц. — Это стоило мне больших трудов, малышка. К ней я испытывал другие чувства, к тебе же… Эта та категория чувств, что лишает аппетита, сна, сил, что не даёт отвлечься на что-либо. Настолько эти чувства сильные. Зверь внутри меня рычит и требует взять своё по праву. Как думаешь, Ирма, послушаюсь ли я собственного зверя? Особенно сейчас, когда ты такая невинная и маленькая так легко можешь оказаться подо мной.
— Не смей! — тихо, но твёрдо произнесла я.