Избранник. Трилогия

все-таки колебался.
Нелегко выбирать между жизнью и смертью, когда не знаешь, куда какая дорога ведет. Это тебе не сказка, где перед носом камень, а на нем надписи: «Направо пойти – богату быти, налево пойти – убиту быти, а прямо пойти – женату быти»! Впрочем, там, в сказке, тоже не все так просто, как написано…
«Магеллановы Облака – достойные спутники нашей Галактики», – сказал себе Осетр, закрывая глаза.
И свершилось привычное.
Возникла серая фигура, в реальности бывшая командиром пиратской базы. В голове серой фигуры присутствовала знакомая угольно-черная полоска ментального блока, и Осетр тут же, протянув «руку», ущучил ее, обратив в копошащуюся внутри «кулака» букашку. Вторая туманная рука сцапала пирата и зажала его, в свою очередь, в кулак. Тоже как букашку…

Помнится, мама читала в детстве какую-то сказку, где были такие слова… Мама! Как ты там внизу? Спишь или дрожишь от страха? Но сейчас совершенно нет времени, прости меня, я потом о тебе подумаю…
Осетр открыл реальные глаза.
– Как вас зовут? – спросил он.
Пристально смотрящий в пространство за видеопластом пират слегка встрепенулся:
– Алекс Сильверстоун.
Ишь ты, какая фамилия у мужика! Сильверстоун… Серебряный камень… И куда же ты, камушек, прикатился? Ты ведь даже не к смерти своей прикатился, не дам я тебе умереть. Но выжму я тебя, как мокрый носовой платок! И никуда ты не денешься! Нет у тебя таких сил, чтобы оказать мне сопротивление.
– Выведите ИскИн «Горного Орла» из режима автопилота! Немедленно!
Пират поморщился:
– Это невозможно.
– Что значит – невозможно? – опешил Осетр. – Как это – невозможно?
– У ИскИна задействована программа аварийной эвакуации. Такой режим существует для спасения корабля в момент крайне серьезной опасности. Будучи запущенным, он не может быть отключен до полного окончания программы. Что бы ни происходило с экипажем, он ни в коем случае не попадет в лапы врага. Даже трупы не попадут.
Если бы Осетр не был прикован к креслу обездвижником, он бы вскочил. Так ему, по крайней мере, показалось…
– А когда закончится действие программы?
– Когда транссистемник уйдет в риманов туннель и будет взорвана пространственная бомба, отрезающая противнику возможность догнать корабль.
– Но кто-то ведь должен остановить ИскИн, когда программа закончится!
Это была непозволительно глупая реплика, но ведь растерянность не прибавляет человеку ума.
Даже если этот человек – будущий император. Даже если этот человек – «росомаха»…
– Когда программа будет выполнена, ИскИн отключится самостоятельно, – равнодушно сказал пират. – И, если не осталось живых членов экипажа, отправит сигнал СОС в сторону ближайшей дружественной планеты. Таковы изначально запланированные предосторожности.
«В котловину тебе эти предосторожности!» – подумал Осетр.
Похоже, испытанное им чувство тревоги касалось именно этого вектора развития событий. И как его избежать, было совершенно непонятно.
Продолжая удерживать одной рукой букашку-блок, Осетр повел второй рукой вокруг. Словно слепой, потерявший свою палку, ищущий, на что бы опереться, за что бы зацепиться, как бы сориентироваться… И с удивлением обнаружил вокруг себя, помимо туманной фигуры пирата, множество других фигур, не имеющих ничего общего с человеческими.
Их вообще невозможно было идентифицировать и классифицировать, они не были шарами, кубиками или параллелепипедами, формы их были изменчивы, размеры – непостоянны, и можно было с полной уверенностью сделать только один-единственный вывод – от них веяло смертельной угрозой. А значит, они были противниками… Потом одна из фигур начала уворачиваться от Осетровой руки, и тут же стало ясно, что ее непременно требуется поймать, но тут в реале зашевелился пират. Этот тип еще не понимал, что происходит – а в принципе и не должен был понимать; как и помнить, что произошло, – но тут к Осетру пришло собственное понимание. Он вдруг с полной уверенностью