В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
либо ломается и погибает. В таких условиях заключение не наказание, заключение – отдых. И вместе с тем, прохлаждаться в четырёх стенах, пока твои боевые товарищи играют со смертью – о, это испытание не из лёгких. Особенно для Артёма, с его непростыми взаимоотношениями с бойцами Башни.
Поначалу Лазовский метался по комнатам точно лев в клетке. Для самоуважения было бы лучше, если бы его бросили в холодный карцер, посадили на хлеб и воду, не давали спать и травили зверями. Но вот так сидеть на чужой шее…
Впрочем, он не кухонный интеллигент, чтобы ругать власть и ничего не делать. Изуверские методы обучения у Кардинала приучили не стоять на месте, а любую ситуацию стараться повернуть к своей выгоде. Не можешь противостоять стихии – плыви по течению.
Такой подход был ему по душе! И к чёрту все сомнения.
Артёма разместили на шестом этаже девятиэтажки в крайнем подъезде – подальше от немногочисленных обитателей дома. Кроме него в этой части здания обитали лишь четверо бойцов, организовавших тут нечто вроде контрольного пункта в лифтовой на первом. И лишний раз арестанта они предпочитали не беспокоить. В общем, идеальные условия для всякого рода опасных экспериментов и авантюр. Грех ими не воспользоваться! Особенно когда малейшая ошибка способна привести к массовым жертвам среди ни в чём не повинного населения.
Артём собрался всерьёз взяться за силы Таугрим. Успех с защитным кругом воодушевлял, забыть о возможности увеличить собственное могущество было бы преступлением. Да и чем чёрт не шутит, вдруг таинственный хозяин знаков посчитал его достойным наследником ключей к власти Древних?! Ведь за защиту от Прозрачников так платы никто и не потребовал!
Жаль только Захара нет рядом. В противостоянии с порождениями Тьмы Посвящённого Ладара лучше иметь на своей стороне. И пусть его покровитель мёртв, даже тень могущества Повелителя Света повергает Мрак в прах.
Ну да чего мечтать о невозможном. Артём слышал, как утром Захар ломился через пост охраны и какими словами его послали к Кардиналу. Стоит рассчитывать только на себя.
Для эксперимента Лазовский выбрал дальнюю комнату, в которой из мебели оставались лишь продавленный диван и шкаф с книгами. Он не поленился и потратил полчаса на то, чтобы оттащить всё в гостиную – чем больше будет свободного места, тем лучше. Ещё несколько минут убил на то, чтобы выковырять из косяка ржавый гвоздь. Плохая замена карандашу или куску мела, но не в его ситуации привередничать. Нацарапать пару закорючек на паркете можно, и ладно.
На этом приготовления были закончены.
– С богом что ли? – сказал Артём вслух.
Его немного потрясывало. Одно дело лезть в дебри смертельных чар в горячке боя, когда нет времени продумать последствия, и совсем другое – делать осознанный шаг, по доброй воле совать голову в петлю. Навалились сомнения, в душе шевельнулся страх, и… почти сразу пришла злость. Артём ненавидел себя таким – слабым, нерешительным и безвольным. Приходилось прикладывать массу сил, чтобы уничтожить ненавистные черты характера, но гнилое семя нет-нет и давало ростки.
Решительно стиснув гвоздь в кулаке, Артём опустился на пол и потянулся сознанием в Изнанку.
Серая мгла окутала разум, появилось ощущение падения, перед внутренним взором замелькали смазанные картинки – какие-то лица, силуэты животных, обгорелые деревья, дома и храмы. Видения сбивали с толку, всячески мешали и отвлекали. Артём так и увяз бы в призрачных миражах, но сказалась постоянная практика. Хватило волевого усилия, чтобы туман расступился, и он ухнул к самой границе Второй Пелены. Той самой, которую он пока ещё был не способен перейти.
Реальность поплыла, облака тумана уплотнились, приобрели законченные формы. Вокруг Артёма раскинулась серая степь с припорошённой пылью травой и редкими деревцами вдали. Серо, тускло, уныло. Хотя Лазовский предпочитал такие невзрачные пейзажи сумасшедшей яркости кошмарных снов. Случилось ему однажды влезть в порождение чьей-то фантазии. Такой жути натерпелся – Тьма отдыхает!
Под ногами обнаружилась гладкая чёрная плита, приятно холодившая обнажённые ступни. Отлично подойдёт на роль доски для рисования. Артём шевельнул кистью и ощутил, как по коже скользнул завиток тумана, оставив в руке кусок мела.
Но чего-то не хватало!
Лазовский замер, пытаясь разобраться в ощущениях, и тут над головой раздалось хлопанье крыльев – на край плиты приземлился старый знакомец. Глянув на Артёма сначала одним глазом, потом другим, ворон одобрительно каркнул.
– И тебе не кашлять! – поприветствовал галлюцинацию Артём. На что пернатый паразит важно кивнул и принялся чистить перья. Остро захотелось запустить
