В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
пробивались редкие лучики, но их хватало, чтобы разглядеть паутину под потолком и кучи мусора по углам. Наставник не поленился устроить небольшую уборку.
– Заниматься будем здесь. Места много, темно, если вдруг шуметь будем, то окна выходят в сад. Никто не услышит.
– Согласен. – Артём снял сумку и бросил её на пол у входа, сверху пристроил ножны с кухри, перчатки и куртку. Было острое желание потянуть время, откладывая начало тренировки, но он лишь упрямо стиснул зубы. Надо – значит надо. – Я готов!
– Тогда начинай. – Партизан скрестил руки на груди и демонстративно медленно призвал Паталу.
Артём чертыхнулся вполголоса и принялся поэтапно выполнять все те действия, которые в прошлые разы показал наставник.
Тайна боевых навыков Партизана крылась в принципиально ином подходе к работе с Изнанкой. Если Артём ранее практиковал полное или частичное погружение в мир снов, призыв или создание иномирных сущностей, колдовал со знаками Таугрим или пытался выпускать энергию Паталы в обычную реальность, то наставник шёл по другому пути. Он осваивал способности своего Зверя.
Нет, не так, как это делают оборотни, старающиеся принять нужный облик, и не как Артём, вздумавший использовать собственное тело как проводник чуждой ему Силы. Партизан развивал собственную ауру и уже её заставлял сливаться с самой сутью Прозрачника.
На словах всё выглядело легко и просто. Призвать тень Зверя Изнанки, добавить Силы Паталы и закутаться в неё точно в плащ. Готово! Дальше остаётся лишь оттачивать навыки и разучивать новые приёмы. Тот же Партизан освоил все эти лучи, защитные коконы и прочие фокусы за полгода. И козлоголовому почти на равных противостоял. Чем Артём хуже?
Но как оказалось, на быстрый результат надеяться не стоило. Артём легко призывал спящего Зверя, не менее легко черпал энергию в Изнанке, однако последний шаг сделать не мог. Аура отчаянно сопротивлялась всем попыткам трансформировать её в некое подобие проглота. И как ни печально, кроме самого Артёма винить в том было некого. Именно он превратил левую руку в проводник энергии Изнанки, сделал из неё этакое wunderwaffe[151], которое не чинясь применял против врагов. И как результат Сила Паталы вместо наполнения энергетической оболочки, потоком шла по исковерканным каналам внутри тела.
А ведь Кардинал неоднократно предупреждал, что это неправильный путь, но Артём слишком устал быть слабаком. Ему хотелось быть могущественным и опасным сейчас, а не спустя месяцы или годы. Вот он и поторопился, даже не предполагая, что когда-нибудь сильно пожалеет о том своём решении.
Сегодня необходимые для правильного слияния со Зверем участки ауры напоминали лохмотья. Артём стал почти инвалидом, который просто не мог сделать с энергетической оболочкой тела ничего из того, что демонстрировал наставник. Потому как нельзя бегать с порванными сухожилиями или поднимать штангу со сломанным запястьем. Есть некоторые пределы, за которые переступить невозможно.
Наверное Артём так бы и бросил свою затею как безнадёжную, если бы не собственное ослиное упрямство и не обещание Партизана помочь. Ради достижения цели он был готов терпеть любую боль, что в общем-то и приходилось делать на каждом занятии. Простое желание изучить парочку «приёмчиков» вылилось во вновь и вновь повторяющиеся издевательства над его душой и телом.
Бывший пленник «чистых» не знал слова жалость или гуманность, более того, считал образовательный процесс и пытку взаимозаменяемыми понятиями. Проблемы с аурой Партизан решал просто. Сначала давал Артёму возможность попробовать самостоятельно преодолеть блокировку каналов, а когда не получалось, начинал «помогать». Бил лучом Медузы в разные точки тела ученика, хлестал жгучими щупальцами и колол шипами, через боль и страх принуждая к поискам защиты. Экстремальные условия порождали экстремальные решения, а значит, такая методика вполне имела право на успех.
Вот только пока единственным результатом её применения оставались кровоподтёки по всему телу и разочарование в учителе.
– Нет, так не пойдёт. – Наставник не выдержал первым. – Ты так скорей научишься боль терпеть, чем со своими проблемами справишься.
– Это точно, – моментально поддержал его Артём. Только что Партизан очень неприятно ожёг ему грудь лучом, и он не возражал против короткого перерыва. – Есть варианты?
– Само собой, – учитель не скрывал недовольства. – Сейчас мы с тобой устроим небольшой ментальный поединок. Только твоей задачей будет не ломиться ко мне в разум, а использовать его как якорь для собственного сознания. Что дальше – скажу по ходу дела. Ты главное не трепыхайся слишком сильно. Я тебя, разумеется,
