В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
любимым заклинанием Магматический Меч. Тем самым, с помощью которого он мастерски разделался с Шлардом и который в его руках выглядел как самый настоящий клинок.
Материальная форма Меча указывала на высшую степень освоения чар. И можно было не сомневаться, что большая часть Одаренных на этом бы и остановилась. К чему впустую тратить время на уже изученную волшбу, если можно позаниматься чем-нибудь другим? Однако Харал пошел по другому пути и принялся доводить до совершенства уже умение применять любимое заклинание. И у него неплохо это получалось. Малка особенно впечатлил фокус с броском Магматического Меча в мишень и его раздвоением за миг до удара. Тренировочный автоматон, с которым в тот момент занимался Харал, первую копию принял на Щит, а вот вторую проморгал. Порождение Стихий Земли и Огня играючи смахнуло железную башку с плеч… Так что можно было не сомневаться: в поединке со Шлардом он не показал и сотой доли своего реального мастерства!
Такое зрелище и вправду было той редкой возможностью, которая стоила много дороже любого боя с обычными противниками. И пусть сейчас Малку подобные изыски были недоступны, кто знает, какое будущее его ждет… Главное, прилежно заниматься и исправно платить по пять драхм в месяц за посещение Боевого Зала! А там, может, и Малк до чего-то похожего дорастет…
Незаметно прошел еще один месяц. Месяц, в течение которого Малка никто не беспокоил и не отвлекал от учебы. Ни жандармам, ни лоялистам, ни чересчур много о себе возомнившим потомкам аристократов он оказался словно бы не нужен, и Малк смог наконец сосредоточиться на всех тех важных вещах, без которых продвижение его по пути мага было бы невозможно.
Прежде всего больший эффект стали давать занятия с Зеркалом Друзала. То ли сказались упражнения на концентрацию в Боевом Зале, то ли что-то еще, но скорость развития немного подросла. И та же Власть уже явно показывала признаки того, что верхнюю границу красного ранга Малк достигнет, еще будучи Адептом. А там, чем Йоррох не шутит, может, ее и преодолеет.
Еще одно заметное изменение касается Тайного Искусства. Неожиданно для Малка, практически без каких-то осмысленных действий с его стороны усилилась интеграция Дождя боли в схему функционирования Кристаллического Сердца. Кажущиеся чуждыми Техника и Искусство все больше и больше притирались друг к другу, сливаясь в нечто новое и попутно влияя на сам Дух. И Малк чутко ощущал эти изменения.
Потихонечку трансформировалась картина энергетических каналов тела, становился более стабильным Дворец Духа, а в тренировочные формулы словно сами собой вносились коррективы. Так что Малк постепенно в своих занятиях начал отступать от старых схем в угоду новым, как оказалось, более эффективным. Это сильно отличалось от того, чему учили в Обществе, но тут Малк предпочитал больше верить своей интуиции. И пока о сделанном выборе не жалел…
Лишь одно оставалось неизменным: Серж все так же упрямо молчал насчет послания госпоже Леаре, Малк же возвращаться к тому их разговору больше не хотел. Нет так нет. Значит, есть причина. Поначалу он даже опасался, что Серж постарается от него отдалиться или даже изгнать из «Стаи диких товарищей», но ошибся: Малк все так же занимал важное место в предприятиях их «банды маляров». Когда же на Сержа вышли представители городского магистрата и предложили особенно «жирный» заказ, то рассуждать на эту тему и вовсе стало как-то смешно. Даже из описания было понятно, что поставленную перед «Стаей» задачу сложно назвать простой, когда же будущий фронт работ они увидели воочию…
— И вот этот вот мост мы должны привести в порядок?! — спросил у Сержа «воздушник», однажды так впечатливший Малка своим Воздушным Диском и к которому за маску с белым медведем теперь прочно прилипла кличка Белый. — Серьезно?!
Вся их «Стая», включая старых и новых членов, стояла перед старым как дерьмо Йорроха мостом и не находила приличных слов. Взятый Сержем заказ оказался настолько с душком, что дальше некуда. Трехарочный каменный переход через неглубокий овраг на границе двух кварталов, который по бумагам следовало «очистить от уродующей его вид грязи и раскрасить в приличествующие цвета», находился в откровенно плачевном состоянии. Если каменные опоры еще вполне могли простоять никак не меньше века, то отделка ужасала.
— В магистрате сказали, что он таким после Ночи Йорроха стал. И надо бы очистить! — пробормотал Серж, явно растерянный не меньше остальных. В вечной погоне за драхмами он чересчур увлекся и, кажется, подвел команду под денежные же санкции.
— Какой именно Ночи?! — подал голос один из новых членов, незнакомый Малку. — Лозунг «Демонолюбов к Йорроху!» со времен последнего авалонского
