В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
Поэтому и спрашиваю: сколько у меня есть времени на раздумья?
— Не знаю, — пожал плечами старый щеголь. — И рад бы сказать, что достаточно, однако… нет. Бесконечно ждать, пока вы дозреете, никто не станет. Одно то, что вам предложили выбор, уже большая уступка. Других не будет. — Саймон Рип неторопливо встал, натянул перчатки, взял в руки шляпу. — Мой адрес есть в городском справочнике. Надумаете — приходите. И я очень надеюсь, что вы не просто примете верное решение, а успеете донести его до моих клиентов прежде, чем станет слишком поздно… Мое почтение.
И не дожидаясь какой-то реакции на свои слова, покинул ресторан. Малк же остался наедине с остывшим обедом и… и весьма дрянным настроением.
— Йоррох! Вот ведь не было печали, — пробормотал он, отодвигая от себя тарелку и, опершись локтями на стол, запустил пальцы в волосы. — Йорррох!!!
А он еще радовался, что все его проблемы были низведены до учебы, работы и противостояния с «этим дедом Бонифацием». Тишина и спокойствие наступили, как же… Не в этой жизни, разорви его тысяча демонов! Мало всякой дряни с ним случается, так теперь предложили образцовым «демонолюбом» стать… От злости хотелось рычать и крыть всех вокруг отборной бранью, но Малк держался.
Эх, а ведь такая крутая идея была о покровительстве Темной Канцелярии, столько вопросов она закрыла бы. И ничего не вышло. Он даже наладить нормальный контакт с представителями данной тайной службы не смог. Серж до сих пор изображает ничего не понимающего профана, госпожа Леара… а к госпоже Леаре он так и не приблизился ни на шаг.
И как назло, до конца обучения в Обществе еще чуть больше пары месяцев осталось. Так бы плюнул на работу, наладившийся быт и махнул куда подальше, хоть на тот же Весп или острова поменьше, но все упирается в правило первого года. Сбежит, и с его талантом о прорыве через границу ранга Ученика можно забыть. А на такое Малк не пойдет ни за какие коврижки!
Тогда что? Соглашаться? Малк едва представил, как публично отказывается от своих убеждений и начинает демонстративно выполнять задания лоялистов — в том, что просто словами ограничиться не удастся, он даже не сомневался, — как тотчас вздрогнул от пронзившей его мысли. Проклятье, какое, к Святым, соглашаться?! Он же клятву в храме Кетота дал. Никогда и нигде не принимать сторону демонов!!! Вот это он попал…
В тот день Малк просидел в ресторане допоздна. Пропустил занятия в Обществе, не пошел работать к Сержу. Просто сидел за столом заведения, пил пустой чай и думал. Много думал, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Однако, увы, какое-то внятное решение найти так и не смог. Пойти против клятвы Святому Кетоту невозможно. Уж лучше бежать и на всю жизнь застрять в Адептах, чем страдать от последствий нарушения данного в «живом» храме слова. Найти себе покровителя… эту тему он давным-давно разобрал до костей и иного способа, кроме как стать сотрудником Темной Канцелярии, не видел.
Наверное, впервые в жизни Малк оказался в ситуации, когда единственно верным поведением было просто… ожидание. Пассивное ожидание того, что что-то изменится и положение, в которое его загнал ультиматум Саймона Рипа, перестанет быть столь безнадежным.
— Что ж, будем ждать! — буркнул себе под нос Малк и, кивнув намекающему на необходимость покинуть заведение официанту, вышел из ресторана. А уже на улице тихо добавил: — Только ждать можно по-разному.
Новый вызов судьбы стал тем необходимым стимулом, что позволил Малку изыскать в себе дополнительные резервы и с удвоенным напором взяться за учебу. Раз уж в любой момент его могут поставить перед выбором — бегство или смерть, то из подаренной передышки следовало выжать максимум возможного.
И он выжимал, да так, что уже через пару седмиц, к исходу десятого месяца после своей инициации, у него случился прорыв в освоении последнего своего заклинания. Владение Искрой, уже давно зависшее на среднем уровне, внезапно скакнуло к пику и зажгло третью светящуюся точку на орбите вокруг Кристаллического Сердца Малка. Еще одна важная преграда на пути к вожделенному рангу Ученика была преодолена.
Случилось это опять во время тренировки в Зале, словно у подобного рода заклинаний для достижения глубокого понимания необходимо не столько отстраненное умствование и лабораторные эксперименты, сколько взрыв эмоций и чувств, которые маг вместе с Властью вкладывает в свою волшбу и… прорывается через пределы.
В случае с Искрой Малк занимался отработкой точности бросков заклинаний по движущейся цели — закованному в латы коллеге-студенту, — но в процессе возник спор, плавно переросший в скандал. И очередная Искра, брошенная Малком в ответ на чересчур едкую реплику, не просто попала
