В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
власти и не составили конкуренцию нынешним правителям.
Понимают ли это лидеры «борцов за свободу»? Разумеется, да. И вряд ли рады тому, что служат инструментами в чужой игре. Иначе не возникало бы среди них разделения на тех, кто подталкивает Триумвират в нужную им сторону гражданскими мягкими способами, и на тех, кто устал ждать и подчиняться, а потому устраивает теперь теракты против наиболее одиозных традиционалистов во власти. Ну а там, где разделение, там и конфликт. И конфликт этот, кажется, перешел в стадию, когда эффективность всего движения начала стремиться к нулю.
— И тут вылезает моя фигура, которую можно демонстративно «наказать», умилостивив самых радикальных террористов и устрашив чересчур мягких политиков, — скривился Малк, постучав самопишущим пером по бумаге.
М-да, такой вариант звучал несколько более реалистично, чем тот, что озвучил Саймон Рип — про сохранение лица и всего такого прочего. Единственное, что выпадало из общей схемы, так это наличие некоего таинственного защитника в рядах лоялистов, мешающего сразу швырнуть Малка в жернова большой политики. Сколько он ни думал, сколько ни перебирал имена своих знакомых, таковых среди них не значилось. Не было среди борцов с традициями того, кто способен сказать хоть слово в его защиту. Не было и не могло быть!
Под влиянием импульса Малк нацарапал слово «юрист» и поставил рядом с ним знак вопроса. Немного подумал и рядом написал короткое: «Как он меня нашел?» Ведь действительно на фоне общих переживаний как-то потерялся тот простой факт, что случайной их встреча со старым щеголем точно не была. Тот шел к нему целенаправленно, словно точно знал, где и когда Малк будет проводить время. На ум сразу же приходила слежка, но… не слишком ли много чести для ничтожного Адепта — ставить к нему персонального филера? М-да, тут следовало подумать.
— Ладно, к Йорроху непрошеных защитничков! Что делать, если «демонолюбы» все же решат устроить из разборок с чересчур наглым и живучим Адептом показательную акцию? Поспособствовать, так сказать, восстановлению целостности рядов… — Малк с чашкой в руках откинулся на спинку стула и принялся бездумно глотать остывший чай. — Особенно в свете того, что до прибытия посла осталось меньше месяца…
Собственно, вариантов было два. Сворачивать все дела и бежать либо давать бой и… все равно бежать. Потому как устраивать боевые действия, выходящие за рамки обычной драки, с неизбежными трупами, возможно, даже среди знати, власти никому не позволят. Особенно обнаглевшему Адепту, лишенному защиты Семейств и Домов. И Малк пока не знал, что выбрать. Разум требовал первого, сердце напирало на второе. Если же вспомнить, что он плавно подошел к самому важному этапу в своем развитии как Адепта, все и вовсе усложнялось.
— Определенно следует готовиться к тому, что прорваться через ранг Ученика я не успею. И уже от этого двигаться! — кивнул своим мыслям Малк и написал цифру «один».
Вообще формулировка звучала достаточно странно: не успеет. Когда-то его привела бы в восторг сама лишь мысль, что он дорастет до стадии прорыва через границу между рангами. А теперь он рассматривает это как рядовой, практически решенный вопрос. Чудеса!
Еще неплохо, что он хотя бы в целом закончил обучение. Впереди оставалась подготовка к экзаменам и несколько факультативов, направленных на «подтягивание» отставших, однако для него их посещение было необязательным. Не зря же он среди лучших студентов в группе ходит! Так что пока есть такая возможность, бросать все он не будет, но в случае опасности сможет уйти без особых сожалений.
И отсюда Малк плавно подходил ко второму вопросу. К возможности дать бой своим врагам, ну или как минимум к страховке на случай внезапного нападения. Как он там в своих первоначальных планах собирался сделать: жахнуть так, чтобы отвязались? Жахнуть он точно не против: достаточно зол, чтобы решиться и на большее. Осталось понять, как именно это сделать. Потому как в настоящий момент со своей жалкой Искрой и револьвером рассчитывать на серьезное сопротивление ему не приходилось.
— Значит, нужен совет, — дернул уголком рта Малк и вывел цифру «два».
Отставил чашку, взял листок в руки, внимательно его изучил. После чего безжалостно смял, бросил в стоящую перед ним пепельницу и зажег импульсом Власти. Раз уж есть опасность, что за ним следят, следовало поберечься и не оставлять после себя никаких улик. Пусть даже и таких бесполезных…
Единственным человеком, к которому Малк мог обратиться за подобного рода советом, был старик-оружейник. Он ему ничего не должен, связывают их сугубо деловые отношения, да и прошлый опыт нелегальных сделок подсказывал, что на любителя
