В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
спросить, правда?
— Я хочу спросить? — изобразил удивление Малк. — Вроде как это вы мне записку с предложением встречи передали…
Он перехватил насмешливый взгляд госпожи Леары и осекся. Да, вопросов у него и вправду было много, однако… Йоррох! С этой магичкой непонятно какого ранга, но удивительных способностей все-таки было крайне сложно иметь дело. Поправив сбившийся воротник и тихо порадовавшись, что гормональная атака на его организм прекратилась, Малк осторожно огляделся. Дальнейшая их беседа предполагала обсуждение весьма болезненных для него тем, так что заниматься этим в таверне, с точки зрения конфиденциальности, было не слишком-то хорошей затеей. Он даже собрался высказаться на этот счет, как вдруг выяснилось, что госпожа Леара уже обо всем позаботилась. Малк и не заметил, как их столик словно бы оказался в воздушном пузыре, отделяющем их от остальных посетителей.
Как удобно…
— Хорошо, тогда так. Я хочу знать, что происходит и зачем я вам сдался. Вроде как в прошлую нашу беседу вы мне говорили совсем иное… про совершенные ошибки, ненужных сотрудников и прочее… а теперь вдруг такой неожиданный разворот, — наконец сдался Малк. — Это какая-то игра?
С каждым словом он распалялся все больше и больше, так что последняя фраза прозвучала откровенно зло. Однако сидящую перед ним красавицу этим было не пронять.
— О, я вам действительно много чего говорила. Тогда. Сейчас же скажу немного другое… Потому как ситуация теперь тоже… другая, — сообщила госпожа Леара, сделав осторожный глоток из заказанной ею чашки чая.
— И что же изменилось? — стараясь держать себя в рамках, спросил Малк.
— Птичка попала в силки, и охотник вернулся домой, — с удивительной грацией развела руками госпожа Леара.
— Птичка? — поморщился Малк, но затем догадался: — А, авалонец…
— Первый помощник посла, если быть совсем уж точным, — поправила Малка красавица, — его доверенное лицо и правая рука. Которого поймали не просто на связях с лоялистами, как думали ранее, а схватили за руку во время участия в ритуале демонической магии в самом центре второй столицы Борея. — Она не выдержала и засмеялась. — Говорят, в дипломатическом корпусе даже праздник устроили!
Малк, который смотрел на события той ночи несколько под другим углом, нахмурился.
— Отлично, что все довольны. Но… тогда получается, я был для вас кем-то вроде живца?
— Одним из. Но, как выяснилось, самым перспективным, — улыбнулась одними глазами госпожа Леара. — Хотя поначалу так никто не считал. Капитан Тырхат тот вообще настаивал, что «этот колхаунец бесполезен, только все испортит». — Интонации, с которыми говорил жандарм, красавица передала с удивительной точностью. — Но ведь не испортили же?
Перед внутренним взором Малка появился капитан Тырхат и особенно то, как он себя вел в присутствии госпожи Леары. Ну ни дать ни взять подчиненный перед лицом большого начальства! А на деле оказывается, что он был частью устроенной Канцелярией интриги… Сволочь, а как играл, как играл! И главное, Малка убедил…
— И вы так спокойно рассказываете, что были готовы в любой момент мной пожертвовать? — не сдержал удивления Малк. — Точнее, даже пожертвовали. То, что я выжил, не ваша заслуга, а мое везение.
— Да, — с видом хорошо поохотившейся львицы ответила госпожа Леара. — Погибнешь — значит, погибнешь во славу Борея. Выживешь — наберешься опыта и станешь полезен… Это взрослые игры, Малк. Разговоры о гуманности и ценности каждой жизни следует оставить для философов и политиков-популистов. Наше дело — давать им возможность нести свои благоглупости в безопасности и уюте. И благодаря вам мы снова выполнили это свое предназначение.
От цинизма слов госпожи Леары Малка словно бы обдало холодом. Он хоть и считал себя патриотом Борея, но… проклятье, патриотом приятнее быть, сидя дома у камина, когда вместо тебя рискует кто-то другой, а не вот так вот, в качестве разменной пешки. Стало как-то обидно и больно, а потому он зло парировал:
— Играете, играете, такими, как я, жертвуете… Но ведь лоялисты все равно побеждают!
Однако нарушить спокойствие красавицы ему не удалось.
— Если вы о тех лоялистах, которых поддерживает Авалон и которые устраивали на вас охоту, то нет. Их теперь прижали довольно сильно. В том числе и вашими стараниями, — невозмутимо сообщила госпожа Леара. — Если же вообще о политике Домов и Триумвирате, разделяющих некоторые взгляды «демонолюбов», то… да. И ничего с этим поделать мы пока не можем.
В разговоре наступила пауза. Госпожа Леара вновь занялась своим чаем, Малк же положил перед собой руки со сцепленными в замок пальцами и глубоко задумался.
