В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
судно…
Малк был искренне убеждён, что опыт — всё же вырос в трёх шагах от моря и в портах бывал не раз, — позволит с лёгкостью справиться с данной задачей и от услуг мальчишек-проводников, стайкой вьющихся у выхода из морского вокзала, отказался. Смело миновал пункт охраны, поднялся на небольшой взгорок, где скучали несколько носильщиков и откуда открывался прекрасный вид на акваторию, приметил направление на причальную линию и… и потерялся в лабиринте пакгаузов, тянущихся из ниоткуда в никуда заборов, сложенных из ящиков пирамид и наваленных кое-как мешков. Как здесь ориентировались местные было решительно непонятно. Во всяком случае Малк оказался на это не способен. И за свою самонадеянность едва не поплатился.
На входе в непонятного предназначения тоннель, куда его вывела случайно выбранная тропка в нагромождении штабелей строевого леса, дорогу ему заступили сразу четверо оборванцев. Грязных, вонючих, но внешне довольно крепких и вооружённых ржавыми ножами. Что им нужно и зачем они здесь, такие красивые, нарисовались, Малк даже спрашивать не стал. Наученный горьким опытом противостояния с лоялистами, он без разговоров уронил саквояж в пыль, метнулся к перегородившей вход в какую-то подсобку железной решётке, вцепился в неё обеими руками, поднатужился и рывком выломал один из прутьев. Перехватил поудобнее и с оскалом развернулся к грабителям.
— Вот это он здоровый, поимей меня Йоррох… — протянул один из оборванцев.
Переглянулся с товарищами, и они, не сговариваясь, убрали ножи и бочком-бочком освободили проход. И Малк их прекрасно понимал. С кем-то его габаритов он тоже не захотел бы связываться. Почти сажень ростом, широченная грудь, пугающие предплечья… Собственно для закрепления эффекта он и устроил шоу с выломанной железякой. Доставать из саквояжа тесаки, револьвер или колдовать Искру — это означало неизбежную драку и высокий риск ранения, не говоря уж об опасности появления «друзей» грабителей. Малк же предпочитал лишних приключений для себя не искать.
Закинув прут на плечо и подхватив свободной рукой саквояж, он дождался, когда дорога будет свободна и неторопливо двинул дальше. Добрался до входа в тоннель, а затем, словно что-то вспомнив, остановился и через плечо спросил:
— Это дорога к пирсам?
Со стороны подобное, наверное, выглядело как проявление крайней наглости и уверенности в себе, однако Малк понял это несколько позже. Единственное, о чём он думал на тот момент, это скорое время отправления корабля и то, что без чужой помощи в портовых дебрях можно блуждать до следующего утра. Какие мысли возникли в головах оборванцев Малк даже примерно не представлял, однако, после короткой растерянной паузы, самый говорливый из них осторожно помотал головой и, перемежая речь ругательствами, принялся объяснять дорогу.
И ведь, демонов мерзавец, не обманул! Следуя его указаниям Малк уже через десять минут вынырнул чуть в стороне от причальной линии, а ещё через пятнадцать стоял у трапа «Ярого демоноборца».
— Пассажир? — лениво поинтересовался у Малка седоусый матрос, сидящий неподалёку на чугунном кнехте.
Малк кивнул и, отбросив в сторону забытую железяку, потянулся за билетом.
— На корабле юнге покажешь, а пока жди. Видишь, родовитые грузятся? — скучающим тоном продолжил матрос, ткнув погасшей трубкой в компанию из четырёх, судя по вышитым на сюртуках гербам, членов Семейств, которые о чём-то яростно ругались с бригадиром портовых носильщиков.
В сторону Малка они если и смотрели, то брезгливо наморщив носы — скромно одетый и с единственным саквояжем на фоне той горы вещей, что принадлежала им, он попросту терялся. Хотя что дворяне, собеседник Малка его тоже явно воспринял как человека простого, не требующего особого отношения. Иначе бы не тыкал и не вёл себя столь наплевательски…
Однако Малка таким было не пронять. Деньги, ценные украшения, богатая одежда — в его глазах это было что-то вторичное. Лишь собственное развитие и личное могущество имели значение, всё остальное — тлен и прах. Он даже вытягивать медальон мага из-за отворота рубахи не стал, предпочтя остаться для окружающих смертным пассажиром, неизвестно зачем отправляющимся в морское путешествие.
До своей двухместной каюты, расположенной неподалёку от корабельного гальюна, Малк добрался примерно спустя час. Закинул на багажную полку вещи, познакомился с валяющимся на одной из кроватей соседом — им оказался торговый представитель известной компании, занимающейся производством паровых двигателей, — и поднялся на палубу. Начало своего первого морского путешествия он предпочитал встретить именно так, собственными глазами наблюдая за удаляющимся
