В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
Малк считал особенно ценным. Гонка со временем закончилась, точка невозврата, после которой Ученик уже не сможет стать Бакалавром, отодвинулась в будущее на целые десять лет, появился пусть своеобразный, но знающий наставник, и Малк теперь мог развиваться именно в том темпе, в каком ему было удобно. Да, никуда не делась привычка выкладываться на полную и ему всё так же претила мысль о безделье, но ушло выматывающее душу давление. И сразу же стало легче.
Чего уж там, Малк — человек, который ранее сводил окружающий мир лишь к учёбе, работе и тренировкам — даже взял несколько дней на приведение в порядок домика, который ему выделила Школа! Вычистил его сверху до низу, кое-где выполнил небольшой косметический ремонт. А ведь раньше подобное отвлечение любому из его близких могло показаться чем-то невозможным!
Начал он налаживать и отношения с остальными членами внутренней фракции. Если сам Мастер Тияз, как и остальные старшие маги, постоянно пропадал в своей лаборатории или в «поле», практически не пересекаясь с кем-то вроде Малка, то студенты — личные и внутренние ученики, допущенные к каким-то исследованиям учащиеся внешней фракции, — в кампус заглядывали достаточно часто. И у Малка постепенно начали появляться хорошие знакомые и, пусть не приятели, но те, с кем можно при случае переброситься парой фраз.
Однако ближе всего Малку стали те, кого многие столетия назад называли братьями и сёстрами по учителю, а сегодня прикрывали скромным словом «соученики».
Из всех наиболее часто он общался с Больдо и Эйшей. Причём, что самое занятное, каких-то общих дел с парнем у него не было. Тияз Череп заботу о новом Ученике поручил Змее и именно к ней обращался Малк всякий раз, когда ему требовалось попасть в библиотеку Школы, когда он нуждался в разрешении на допуск к нужным артефактам или когда у него просто возникали какие-то бытовые вопросы. Всё решала Эйша! К Голему Малк обратился всего однажды — ему потребовалась консультация по применению полученной после морского приключения слизи илл-хота и Змея переадресовала вопрос к Больдо, как к более знающему. Остальные их встречи происходили уже из-за девушки, которую Голем навещал гораздо чаще, чем того требовали приличия.
Двух других учеников Тияза Черепа Малк не видел ни разу. Со слов Змеи их звали Кэйталин Птица и Стево Крыс, и они вечно пропадали за пределами острова, выполняя задания наставника. Однако те обмолвки и крохи сплетен, что доходили до Малка, рисовали в воображении картинку весьма жёстких и амбициозных магов. Далеко опередивших в развитии ту же Эйшу и первых кандидатов на прорыв через границу ранга Младшего Магистра во всей внутренней фракции.
Воспитанники Тияза Черепа вообще были в Школе Пепла на особом счету. Видимо сказывалось прошлое лишённого лица Младшего Магистра. И что четверо старых учеников, что теперь Малк — все обладали гораздо большей свободой и возможностями, чем остальные.
Прежде всего это проявлялось в самом важном — в обучении и тренировках.
Уладив бытовые дела, злоупотреблять бездельем Малк не стал и тотчас озаботился выполнением распоряжения Мастера о стабилизации Нимба. Для кого-то с его образованием, получение Нимба воспринималось лишь как ступенька перед рывком к следующему рангу. Сформировал, попробовал взять штурмом границу следующего уровня способностей, а дальше два варианта — либо ты преуспеваешь и начинается новый виток тренировок, либо попытка заканчивается провалом, и ты скорбишь об упущенных возможностях. Однако для тех, кто знал и понимал чуточку больше, правильное формирование Нимба влияло на всё будущее магическое развитие и отнестись к нему следовало со всей серьёзностью…
Укрепление Нимба, его стабилизация, в разных Школах и Домах происходило по разному. Где-то молодых магов прогоняли через особый Зал Молниевой Закалки, где помимо Нимба обработке магией Молнии подвергался ещё и их Дух. Где-то недавних Адептов помещали в створ врат, ведущих на стихиальный план реальности: так чтобы хрупкие организмы не попадали под удар дикой магии, но её отголоски «задевали» тонкие тела. А где-то особенно отмороженные Мастера устраивали для своих учеников ванны в купелях, полных демонической крови. Вариантом было множество. Свой подход имелся и в Школе Пепла.
Стабилизацией Нимба студенты внутренней фракции занимались в особой комнате рядом с источником Силы. Достаточно близко, чтобы сохранялась чистота магии Пепла, и достаточно далеко, чтобы чародей не был сожжён потоками энергии. Причём особенности Дара учащегося не имели значения. Укрепление Духа и отдельных его частей достигалось за счёт агрессивного характера сплава Смерти с Огнём и никак не влияло на сродство со Стихиями.
