В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
сквозь пелену страданий донеслось до него напоминание госпожи Мины, и он остался один. Взбешённый, злой и… разочарованный из-за собственной невнимательности.
Впрочем долго яриться у него не получилось. Он и вправду чересчур много возомнил о себе из-за имеющегося боевого опыта. Решил, что наголову выше «этих золотых мальчиков», выросших в тепличных условиях своих Семейств и никогда не нюхавших жизни. И теперь его вернули на землю. В не слишком приятной для самолюбия манере, но… так устроен мир. Лучше сразу это принять и сделать выводы из урока, чем растрачивать силу на нытьё и обиды. Он делал так раньше, дома и в Андалоре, будет так поступать и впредь.
Тем не менее история первого трудового дня Малка в Школе была бы неполной, если не упомянуть ещё об одном деле, с которым он успешно справился. Деле важном, серьёзном и давно уже назревшем!
Речь идёт о последствиях насильной смены наставника. Проверка господина Тияза, обустройство на новом месте — всё это как-то отодвинуло на задний план собственно то, ради чего Малк прибыл на остров Римма и заявился в Школу Пепла. Главную его цель, за достижение которой с него в любой момент жёстко спросит госпожа Леара и стоящая за ней Тёмная Канцелярия… И больше откладывать решение данного вопроса было нельзя!
Поэтому только-только очухавшись после удара госпожи Мины, Малк сразу же отправился на поиски Жака Улья. И где-то через полчаса беготни между учебными корпусами, административным зданием и кампусом, переступил порог кабинета своего несостоявшегося учителя.
— А-аа, ты… Заявился, клянусь Рзавианом! — проворчал Жак Улей, увидев Малка.
— Прошу прощения, что не прибыл раньше, но… сами понимаете как всё завертелось, — извиняющимся тоном сообщил Малк, толком не зная как себя вести.
Сложно выбирать стратегию поведения с тем, кого-то ты практически не знаешь, но от кого очень может быть что зависит твоя если не жизнь, то свобода.
— Да-да, Череп он такой… Если уж вцепится во что, то всё. Пока своего не добьётся, уже не отпустит, — согласился толстяк.
Встал из-за стола, где он был на момент появления гостя, подошёл к окну и там замер, повернувшись спиной к Малку. По тону голоса, по жестам и самому поведению было видно, что на господина Тияза у Жака Улья имелся большой зуб.
— Ну да ничего… настанет и моё время… — с угрозой протянул толстяк, словно забыв о присутствии Малка. Затем вдруг резко бросил через плечо: — А ты зачем пришёл?
Малк немного растерянно переступил с ноги на ногу.
— Прояснить ситуацию. Насчёт госпожи Леары, вас и моих дальнейших действий…
— А ничего прояснять не надо, — Толстяк развернулся к Малку лицом и внезапно расплылся в довольной улыбке. — Всё и так, хвала Рзавиану, сложилось самым лучшим образом!
— Не понял… — нахмурился Малк.
— Чего тут непонятного-то?! — Жак Улей разве что руками не всплеснул. — Я зачем кого-то вроде тебя из Андалора вызвал? Серьёзно считаешь, что ради помощи в работе? — Толстяк даже хохотнул. — Нет, мне нужен был тот, кто под моим умелым руководством сможет обратить на себя внимание внутренних Мастеров. И будет принят ими во внутреннюю фракцию… Такая игра вдолгую, рассчитанная на появление в стане этих замшелых ретроградов из клики директора Школы человека, верного мне и… госпоже Леаре.
Слова Тёмная Канцелярия хоть и не прозвучали, но явно подразумевались.
— А что в итоге получилось? Десять минут моего позора, и ты ученик Тияза Черепа… девять тысяч раз прокляни его Рзавиан… Личный ученик того, к кому я и не мечтал подобраться настолько близко! — Громкий хохот господина Жака сменился мелким противным хихиканьем.
— То есть никаких проблем нет? — не смог скрыть облегчения Малк.
— Да какие проблемы, родной?! Лучше просто не бывает, — сообщил толстяк довольно, однако затем как-то странно повернул голову и искоса посмотрел на Малка: — Ты, главное, хотя бы раз в седмицу или две не забывай делиться тем, что узнаешь о своём гнилом как душа лича учителе, и всё будет в порядке. Тебе ещё за это, глядишь, госпожа Леара потом медаль вручит. Как герою-разведчику. Смекаешь о чём я?
Малк кивнул.
— Это моя единственная задача?
— Пока да, — улыбнулся Жак Улей. — Что там дальше — видно будет. Пока же…. пока садись передо мной и рассказывай. Всё что узнал и что запомнил, а я решу, насколько эти слухи да сплетни ценные.
И Малк, чувствуя себя донельзя странно, принялся пересказывать всё то, что случилось с ним с момента расставания с Жаком Ульем. История его заняла почти полтора часа, и за всё это время толстяк задал ему всего несколько наводящих вопросов, всерьёз заинтересовавшись лишь однажды. Странное дело, но толстяка откровенно шокировала
