В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
новость о том, что Тияз Череп распорядился открыть для Малка «давилку». Услышав её, он вскочил, принялся мерять шагами комнату, затем резко сел, вперил в Малка тяжёлый, давящий взгляд и задумчиво протянул:
— Говоришь, личные ученики у него такую поддержку получают, да? Э-ээ, нет. Ошибаешься. Только особенные… Что-то он в тебе должен был увидеть, чтобы так расщедриться, что-то эдакое, важное лично ему. Но вот что… вопро-ос!
Однако обсуждать данную тему господин Жак категорически отказался. Что с точки зрения Малка выглядело не менее подозрительно, чем необычный интерес к его персоне со стороны нового наставника. Впрочем… их взаимоотношениям подобная скрытность никак не мешала, а большего Малку пока и не требовалось. К выполнению задания госпожи Леары он приступил, занятия магией продолжил, ну а что будет дальше — покажет время. Главное соблюдать разумную осторожность и держать ухо востро, и тогда из любой неприятной ситуации можно выйти с минимальными потерями…
Восстановив отношения с Жаком Ульем и пусть худо-бедно, но разобравшись с кругом своих обязанностей — хоть роль коварного лазутчика ему и претила! — Малку показалось, что повторения безумия прошлого года точно не будет. И настроился на спокойный ритм жизни, искренне убеждённый, что в закрытом от внешних сил сообществе Школы он уж точно не найдёт дурных приключений себе на голову.
И тем неприятнее было, когда уже через пару месяцев после начала работы на благо внешней фракции, Малк вдруг столкнулся с последствиями своего чересчур успешного выступления в роли «точильного камня». Дети богатеньких родителей, отправленные учиться в знававшую лучшие времена и некогда прославленную Школу, оказались не готовы к местным стандартам обучения. Особенно в той его части, где с чересчур много мнящих о себе молодых магов пинком сшибают гонор в поединке со «здоровяком, у которого в башке нет ни одной извилины».
Сначала они роптали и пытались жаловаться своим Мастерам. Но те, даром, что называли себя будущим Школы и противниками ретроградов из внутренней фракции, имели чёткие представления о правильных тренировках. И не терпели, когда какие-то студенты ставят их методы под сомнения. Кто-то, как Жак Улей и несколько его коллег, под смешки и шуточки демонстративно завалил жалобщиков на ближайшем контрольном испытании и для допуска к повторной сдаче выставил неприличный даже для богатых Семейств счёт. Кто-то, как Мина и некоторые другие любители «ежовых рукавиц», устроил нытикам весёлую жизнь на практических занятиях, не скупясь на синяки. Но при этом всех их объединило одно — все преподаватели в приказном порядка обязали Малка прекратить жалеть «дворянчиков» и максимально доходчиво вколачивать в них реалии окружающего мира. Те самые, где правит личная сила и отличные оценки по академическим предметам совсем не означают наличие могущества в реальном мире.
И в результате то, что казалось по началу Малку способом набраться опыта и потренировать собственные способности, превратилось в противостояние с группой обиженных и униженных студентов. Малк, конечно, и сам виноват — стоило держать язык за зубами и никак не комментировать умения богатеньких задир, — но он в конце концов тоже не железный, имеет право на эмоции… да и сделанного уже не воротишь! В глазах оскорблённых словом и действием внешних студентов Школы Малк уже стал главным противником. Олицетворением традиционной неприязни между внешней и внутренней фракциями и той ступенькой, которую каждый побитый им маг просто обязан преодолеть!
Причём сначала всё выглядело достаточно цивилизованно. Униженные проигрышем Ученики подналегли на тренировки, и теперь на каждом занятии с «грушей для битья» принялись подбирать ведущую к победе стратегию. Такой подход Малку даже нравился, вынуждая его ради сохранения чемпионского статуса также выкладываться на полную. Беда в том, что далеко не все из проигравших обладали должной выдержкой и готовностью к долгой работе над собой. В какой-то момент их терпение лопнуло и от попыток добиться реванша честным путём, они перешли к более радикальным мерам.
После очередного побоища, где Малк пусть с трудом, но победил сразу двоих Учеников-призывателей, на обратном пути во внутреннюю фракцию его встретили шестеро внешних студентов. Четверо дворян, чаще всего становящихся противниками Малка, и двое не родовитых, чересчур близко принявших к сердцу его слова насчёт их неспособности творить примитивную магию. Гнев коллег по Школе был настолько велик, что их не отпугнула даже начавшаяся непогода. И они под проливным дождём и в продуваемом всеми ветрами подлеске прождали Малка, сначала нанёсшего традиционный визит к Жаку Улью, а потом задержавшегося
