В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
того оставалось скрытым, бросил быстрый взгляд в указанном направлении, и, изменившись в лице, встал рядом.
— Не хорошо! — выдохнул он, повернулся к Младшему Магистру и зло припечатал: — Всё-таки он…
Сейчас уже не понять, что стало первопричиной — Древо Два Зеркала начал изменяться под воздействием магии светильников или его изменения сказались на жреческом ритуале, — важен сам факт преображения. Младший Магистр, одним своим появлением способный переломить ход боя, вдруг побагровел, выпучил глаза и, схватившись за горло, повалился на пол. Изо рта у него пошла жёлтая пена, на лице вздулись чёрные вены, ногти на руках посинели и словно бы удлиннились. Но самые пугающие метаморфозы начались с тонким телом. В обычном состоянии пылающее от распирающей его Силы, сейчас оно стремительно усыхало и рассыпалось на истаивающие в воздухе части, а накопленная энергия уходила куда-то вовне. Куда-то в те сферы, к которым не было доступа у всех магов ниже уровня Младшего Магистра.
Где-то Малк подобное уже видел или скорее даже читал…
— Больдо, убей его!!! — заорал Малк, вспомнив, наконец, одну из глав «Философии магии», где автор рассуждал о круговороте магических энергий, влиянии на него Скверны Пекла и о том какие фокусы могут выкинуть демонологи в Ночь Йорроха, имея под рукой правильно подготовленный сосуд с жизненной силой. — Он — маяк!
Голем на мгновение замешкался — как бы там ни было, но Малк предлагал ему убить мага на ранг выше чем у него, — а когда всё же решился и взялся за алебарду, было уже слишком поздно. Младший Магистр до того просто бьющийся в падучей, вдруг свернулся в клубок, пошёл мелкой дрожью, затем замер и… взорвался облаком брызг и кровавых ошмётков. Под удар попал не только десяток находившихся рядом солдат и офицеров, но и полтора десятка или даже больше мирных горожан. Никто вроде бы не погиб, но легче от этого не стало. В подземном зале начался сущий кошмар.
Едва до людей доходило, в чём заляпаны их лица и что стекает с их рук и одежды, как они принимались выплёскивать под ноги содержимое желудков. И не имело значения, о ком идёт речь — о военном или о гражданском. Боевой дух потеряли абсолютно все. Не лучше себя вели и те, кому повезло не попасть под дождь из плоти. Они вскакивали с лавок, кричали, пытались убраться как можно дальше от места трагедии и… сеяли, бесконечно сеяли панику.
Однако даже не это в случившемся было самым плохим. Взрыв запустил какие-то странные и малопонятные для Малка процессы на духовном плане, расходящиеся во все стороны и влияющие на всё вокруг. Люди, вещи, само пространство зала — незримая магия всё пробовала «на зуб». В большинстве своём это ни к чему не приводило, но были и исключения. В тех, кто пострадал от взрыва господина Древо, выпущенная на волю Сила будто вцеплялась клещами, разжигала в их душах странный огонь и заставляла буквально истекать в духовном зрении… Скверной Пекла!
— Тих-ха-а-а-а!!! — заорал Больдо, указавая вверх остриём алебарды.
С кончика лезвия сорвался белый луч и вонзился в центр потолка. Тотчас адски грохнуло, зал хорошенько тряхнуло, а прокатившаяся по залу взрывная волна раскидала самых не стойких по полу. Меньше всех как ни странно пострадали лишь те, на кого попала кровь Младшего Магистра. Наоборот! Теперь они не выворачивали внутренности в приступе рвоты и не бились в падучей. Словно спровоцированные действиями Голема, они медленно выпрямляли спины, крутили конечностями и… оглядывались вокруг с видом хищника.
Всё происходило настолько быстро, что Малк к своему стыду несколько запаздывал с реакцией. И слава Святым, что в зал был человек, который по крайней мере догадывался, что надо делать.
— Бейте их! Они больше не люди!! — завопил жрец Рзавиана и первым подал пример, подскочив к ближайшей жертве взрыва.
И пусть Больдо отзывался о нём как о совершенно безобидном маге, драться он немного умел. Короткое заклинание, и валяющийся на полу солдатский шлем впечатывается в голову цели — крепкому на вид бойцу. А пока тот, ошеломлённый, пытается восстановить равновесие, его товарищу на макушку обрушивается жреческий жезл. Малк со своего места видел как полетели осколки треснувшего черепа, и будь противник жреца человеком это была бы гарантированная смерть. Но… человеком он больше не был. Раненый солдат, взревев по-звериному, ринулся на последователя Рзавиана, сбил его с ног, навалился сверху и попробовал вцепиться зубами в шею.
Однако удалось ему это или нет Малк уже не разглядел. Потому как начинался второй акт разыгранной перед ними пьесы, и для праздного любопытства не осталось никакой возможности.
Извне, из мира, где сейчас бушевала Ночь Йорроха, в магические барьеры вокруг флактурма
