В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
— Вроде цел, — отозвался Малк немного растерянным голосом. Перед самым исчезновением Трёхголового ему показалось, что он похож на кого-то хорошо знакомого. Но вот кого именно, память умалчивала.
Он поднялся с пола с болезненной гримасой, окинул взглядом сначала себя, потом Голема и теперь уже с сожалением подумал, что для боёв подобного рода его навыков определённо не хватает.
— Ну и слава Святым! Потому как жалко будет, если человек, ухитрившийся грохнуть сразу всех быкоголовых, сдохнет от рук неполноценного Охотника за плотью! — хохотнул Больдо, возвращая себе алебарду.
Внутри алтаря он задерживаться не стал и сразу же вышел наружу. Малк же замешкался. Зачем-то глянул себе под ноги, на натёкшую из-под дохлого Трёхголового лужу крови и… замер. В ней, точно в зеркале, отражался такой знакомый силуэт этого деда Бонифация. Вот только на этот раз не было издевательского оскала. Карлик с безумной жадностью и одновременно душевной болью в глазах таращился куда-то за плечо Малка.
Он не выдержал, оглянулся и мрачно помянул Пекло. Облако жизненной силы, которое так старательно собирали быкоголовые, уже втянуло в себя все хищные хоботы и теперь закручивалось спиралью. Быстро, стремительно и не оставляя наблюдателям никакой возможности как-то этому помешать. Малк даже рта не успел раскрыть, чтобы предупредить Больдо, как похожая по цвету на кровь субстанция собралась в плотный шар, затем вдвое или даже втрое сжалась, а потом и вовсе исчезла в возникшей на какой-то миг трещине в пространстве. То, ради чего всё затевалось — Малк в этом уже почти не сомневался — благополучно уплыло из их рук.
Единственной хорошей новостью могло бы оказаться исчезновение из отражения в луже «этого деда», однако Малк на это почти не обратил внимания. Ему как-то резко стало не до того, Словно жирная точка во всей этой истории, восемь из девяти колонн прямо у него на глазах внезапно осыпались мелким крошевом, оставив на месте священного круга лишь камень Четвёртого Святого. Кетота, Повелителя малефиков.
И к Малку пришло чёткое понимание, что по крайней мере на острове Римма на дружбу с жрецами Девятерых ему можно не рассчитывать.
Всякий раз, когда ему приходилось наблюдать за тем, как Больдо творит волшбу — не пробуждает ставшие частью Нимба заклинания, не манипулирует своим Каменным Крушителем, а именно создаёт чары с помощью известных ему знаков Руноглифа — Малк всегда испытывал странное чувство. Вроде бы сильный маг перед ним, целый Бакалавр и владелец могучего артефакта, а значит и колдовстве дока и в заковыристых Тайных техниках специалист, но… но как доходит до дела, так на уме остаётся лишь одно недоумение. В настоящей магии, в том, что составляет саму суть Искусства и выходит за рамки боевых навыков или владения заклинаниями из Нимбов, Больдо оказался позорно слаб.
И, к сожалению, категорически не желал с этим смиряться.
— Ф-фух! Последняя строчка осталась, — пробормотал Больдо и, утерев со лба пот, затянул второе за последние сорок минут заклинание.
Малк украдкой вздохнул и, подойдя ближе, забрал две сотворённые из камня дубинки. Теперь осталось дождаться, когда Голем магией Земли сотворит для себя ещё одну пару каменных орудий и можно будет заняться тем, ради чего он уже второй месяц раз в седмицу ходит к второму по силе ученику Тияза Черепа — тренировками…
Опыт последних схваток с демонами показал Малку насколько хромает его боевая подготовка, и ему волей-неволей, но пришлось озаботиться исправлением этого изъяна в своих умениях. Благо далеко ходить не требовалось, и Больдо с удовольствием согласился за четыре драхмы в месяц — по одному золотому за занятие — подтянуть младшего соученика во владении парными тесаками.
Своих денег он стоил, учил на совесть. И если в мастерстве тому же Гарету возможно уступал, для уровня Малка его способностей хватало за глаза. Стойки, переходы, восприятие пространства, атаки и контратаки, жёсткая защита и отводящие удары — благодаря поединкам с Големом всё это заново укладывалось в голове Малка, превращая царящий там хаос в гармоничную и понятную картину. Ещё бы Больдо постоянно не искал повода попрактиковаться в собственных колдовских умениях, создавая тренировочный инвентарь, и совсем было бы хорошо!
— Готово! — наконец, объявил старший соученик, подхватил с земли свежесотворённые дубинки и… с оглушительным рыком ринулся на Малка.
Предупреждения, формальные вызовы и прочие аристократические расшаркивания Больдо считал в настоящем бою излишними, и потому
