В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
вмешаться в его планы и запретить заниматься некоторыми практиками.
— У меня сегодня хорошее настроение, так что обойдёмся без неё, — издал шипящий смешок господин Тияз и прежним ровным голосом добавил: — И да, чтобы ты меня каждый раз не дёргал, завтра дам ограниченный доступ в лабораторию…
Если разрешение пользоваться верстаком он всё-таки ждал — иначе ни за что не сунулся бы к Мастеру со своей просьбой, — то новость об открытии для него святая святых любого мага, Малка откровенно ошеломила. Да, никакими особенными правами он обладать там не будет, но… Йоррох побери!! Это же лаборатория Младшего Магистра, старейшины Школы!!
Малк понятия не имел, какими соображениями руководствовался господин Тияз, обещая нечто подобное, но в его собственных глазах это был акт доверия. Доверия, предать которое он не мог!
— Мастер… Простите, Мастер, но… Не надо доступа! — медленно сказал Малк, облизнув враз пересохшие губы, а потом начал, тщательно подбирая слова: — Старые связи самые крепкие, их не всегда получается порвать. И став вашим учеником не совсем… привычным образом, я…
— …ты продолжаешь общаться с Жаком Ульем! — не без раздражения продолжил за него господин Тияз. — Ты действительно думаешь, что забирая тебя у этого жирного ублюдка, я считал, что будет как-то иначе? — В голосе Мастера теперь звучала неприкрытая насмешка. — Или я столь глуп, что верю в способность недавнего Адепта устоять перед желанием пусть даже столь никчёмного, но всё же Младшего Магистра добиваться ответов на свои вопросы?
— Нет, но… но тогда почему?! — выдохнул Малк растерянно.
— Какие вы все одинаковые… Сколько учеников, а все задают одни и те же вопросы, — рассмеялся Тияз Череп неприятным каркающим смехом и с неопределённой интонацией продолжил: — А правда в том, что я выше подковёрной возни Жака. Пусть копает, пусть вынюхивает… Да и ты всё равно ничего серьёзного пока не знаешь.
— Пока? — ухватился за нужное слово Малк.
— Пока! — подчеркнул господин Тияз и вновь потянулся за книгой, намекая, что аудиенция закончена.
Продолжать беседу дальше было чревато наказанием, поэтому Малк понятливо кивнул и, поблагодарив за оказанное доверие, в растерянных чувствах покинул коттедж. Общение с Мастером дало ему несколько больше, чем он рассчитывал, и теперь это следовало как-то переварить. Всё-таки он столько месяцев жил под гнётом моральной дилеммы — терпел, мучился, не знал как разобраться с нарастающим конфликтом, наконец решился открыться… чтобы неожиданно выяснить, что никакой проблемы нет и таковой она является только в его глазах. Определённо, это стоило хорошенько переосмыслить!
Тем не менее, на следующий день он точно в срок явился в дом господина Тияза за обещанным допуском к магическому верстаку. И пусть хозяина на месте не оказалось, что входная дверь, что дверь в лабораторию — все они открылиcь при первом его касании. А нужный Малку артефактный стол, тот и вовсе переместился из дальнего угла комнаты в самый её центр. Так что теперь за ним можно было работать без особых проблем.
Тияз Череп держал слово. И пусть можно было не сомневаться, что никаких секретов Малк действительно не увидит, а в комнатах вполне возможно присутствует незримая система наблюдения, подобное доверие… подкупало. И совершенно не хотелось каким-нибудь поступком заставить Мастера пожалеть о своём решении.
Поэтому ни слоняться впустую по лаборатории, ни даже чересчур сильно глазеть по сторонам, Малк не стал. Он ведь просил поработать за верстаком? Вот к нему он и проследовал.
— Итак, с чего начинаем… — вслух принялся рассуждать Малк, едва присев за стол и окинув взглядом представленный на нём инструментарий.
Здесь было всё, о чём только может мечтать начинающий артефактор: тиски, всевозможные резаки и свёрла, неплохой гравёрный набор и целая батарея баночек с красками и алхимическими растворителями. Однако самое важное было встроено непосредственно в каменную крышку стола и представляло собой умопомрачительно сложный заклинательниц круг. И именно ради него Малк и обратился со своей просьбой к господину Тиязу.
Проведя ладонью над поверхностью колдовской фигуры и ощутив лёгкое покалывание — конструкция не была нарушена и сохраняла остаточный заряд Силы, — он кивнул и осторожно выложил в центр свой трофей, полученный из тела Трёхголового. Это был угловатый и невозможно уродливый «позвонок», липкий на ощупь и к тому же постоянно фонящий Скверной. На его фоне кость, полученная в Андалоре из «гусеницы», казалась едва ли не приятной глазу! И, честно говоря, если бы не ценность данного предмета, Малк ни за что бы к нему не прикоснулся.
Йоррох, именно в такие моменты становилось
