В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
несколько самонадеянно — зачарованная броня с активированным артефактным Щитом поднимала оборонительные способности своего владельца до уровня Бакалавра, — и сперва даже показалось, что атака господина Жака провалилась. Пробить магические барьеры пчёлы не смогли, из-за чего они попросту облепили фигуры жандармов с ног до головы. И те приобрели несколько пугающие очертания. Тем не менее на жизни, здоровье и способности сражаться это никак не сказалось, и бойцы принялись обстреливать толстяка из пневматических метателей.
Перед глазами замелькали вспышки от сгорающих в магическом барьере пуль, появилась надежда, что хоть так удастся продавить защиту Младшего Магистра, но… тщетно. Толстяк презрительно захохотал, протянул в сторону Адептов руки и демонстративно медленно сжал кулаки. Его противники вздрогнули, явно сопротивляясь какому-то воздействию — они даже стрелять прекратили. Но против Мастера внешней фракции подобного рода вещи не помогали. Полюбовавшись чужими трепыханиями, господин Жак наконец сделал вращательное движение кистями, словно бы открывая ключами сразу два замка и… аура пчёл будто перетекла на Адептов, охватив их головы и шеи. Тут же возникла странного рода вибрация — уровня освоения Малком духовного резонанса не хватило, чтобы разобрать детали, — после чего жандармы повернулись друг к другу, погасили артефактные Щиты и снова открыли огонь.
Через минуту всё закончилось.
— О, даже бежать пытаться не будешь? — спросил господин Жак, вдруг обнаружив, что Малк больше не стреляет, не бросается заклинаниями и не лезет в рукопашную, а только стоит и с мрачным видом смотрит на своего куратора.
— А есть смысл? Далеко я от ваших пчёлок убегу? — хмуро ответил Малк, которому подобная выдержка стоила немалых усилий. — Тем более… вы же не просто так меня не тронули!
— Тоже верно, — хохотнул толстяк. — Вот бездарен ты до изумления, а головой работать умеешь. Иногда.
На этих словах Младший Магистр подошёл к уже затихшим Адептам и сначала у одного, а потом у другого, набрал какую-то комбинацию на управляющих блоках их доспехов. Постоял над ними некоторое время, но так и не дождавшись никакой реакции — видимо механизмы брони получили слишком серьёзные повреждения — с проклятиями вернулся обратно.
— Столько стараний, а всё зря. С таким же успехом можно было их в усадьбе оставить! — несколько издевательски пожаловался он Малку и неторопливо повернулся на раздавшийся неподалёку шорох.
Сердце Малка дало было сбой — ему вдруг показалось, что это пришла подмога, — но тут же преисполнилось разочарования. Это были никакие не маги Школы, а старик с «Ярого демоноборца». Тот самый господин Фьердаллен, за которым они так безрассудно охотились.
— Всё готово? — спросил у новоприбывшего господин Жак на неприятном, царапающем слух наречии, в котором Малк с удивлением узнал язык Пекла.
Причём вёл себя толстяк так, словно с демонопоклонником они давние знакомые и не нуждаются в особых приветствиях. Старик, впрочем, тоже не злоупотреблял вежливостью. Буркнув в ответ нечто неопределённое и многообещающе посмотрев на Малка, он приблизился к телу Бакалавра, одним мощным магическим импульсом вскрыл ему грудную клетку и вырвал сердце. Затем небрежно спрятал его в сумку и лишь тогда бросил Улью на всё том же языке:
— Принёс?
Толстяк кивнул и сначала передал ему тот самый треножник, который он тащил всю дорогу от усадьбы, а потом нагло захваченное сосредоточие Силы твари из ямы. И сразу стало понятно, зачем он вообще появился в доме Фьердаллена. Видимо слишком важное место занимали оба предмета в затеянном стариком действе — а в том, что он не просто так «скучает» на холме с источником, можно не сомневаться, — раз для их транспортировки понадобилось прикрытие аж целого Младшего Магистра.
— Тогда я начинаю! — снова проскрипел Фьердаллен и с молодой прытью порысил обратно к каменистому холму.
— Какой у него ранг? — неожиданно для себя спросил Малк.
И к собственному удивлению услышал ответ.
— Невысокий. На наш пересчёт — средненький бакалавр, — хмыкнул, покосившись, Младший Магистр.
— На наш? — уточни Малк.
— Ну Фьердаллен же с Хеймдарка, его сложно считать нашим. — засмеялся толстяк. — Он, кстати, на тебя очень обижен. Трёхголовый был его фамильяром, в развитие которого он вложил немаленькие средства. А ты пришёл, когда тот в источнике восстановивался, и все его многолетние усилия испортил. Так что большого врага ты себе нажил, очень большого. Мстительного, изощрённого. Ты бы слышал, как он утром просил разрешить забрать себе твою душу… У-уу, чуть не поддался!
— А что так? — дёрнул уголком рта Малк.
