В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
что он видит Сильвару Ястреб: Героиня стояла совсем рядом, презрительно кривила губы и с превосходством смотрела на него. Затем Амазонку внезапно сменил лорд Лигран. Командир был с ног до головы залит кровью, в руке держал обломок меча. Лицом к Марику он не поворачивался, но можно было не сомневаться: в случившемся с ним хозяин Одинокой Башни винит именно своего начальника охраны…
Древо! Марик вдруг понял, что кричит изо всех сил, а в рану на левом боку словно вогнали раскалённый прут и теперь старательно его там поворачивают. Дёрнулся, понял, что его что-то держит, и попробовал освободиться.
Не получилось. Одно хорошо: в голове неожиданно прояснилось, и Лерой осознал, что к земле его прижимают выжившие бойцы, причём один из них пытается влить ему в рот какой-то эликсир.
— Давай, командир, глотай! Рану я бальзамом залил, теперь внутрь надо принять. Слышишь, чудово семя, внутрь! — словно сквозь вату услышал Марик и машинально сделал глоток.
Эффект почувствовал почти сразу. По пищеводу словно прокатился ледяной шар, в мыслях появилась небывалая ясность, а боль перестала казаться такой уж нестерпимой.
— Вашу мать, что за дерьмо вы в меня влили? — прохрипел он.
— Да всё, что было, — ответил боец с парой фигурных склянок в руках. Повертел пустые посудины в руках и выбросил за спину. — Думали, ничего не поможет…
— Да ладно… — Марик с трудом сел и покосился на рану, после чего немедленно отвернулся. Толстая корка запёкшейся крови с вросшими в неё обрывками кольчуги и нательной рубашки выглядели по-настоящему жутко. — Проклятье!
— К лекарю тебе надо, командир, — сказал всё тот же солдат, чем вызвал у Марика всплеск раздражения.
— Ага, а ещё лучше к сильному магу! — огрызнулся Лерой. — Всё, забыли: жив и ладно. Сейчас важнее другое… Вы трое все целы, да? — Про доктов он не спрашивал: посреди боя им бы никто заниматься не стал. — Отлично. Тогда помогите мне сесть вон у того камня и дайте лук. Выпустить десяток стрел у меня сил хватит… Пора заняться тем, ради чего мы сюда забрались!
Возражений не последовало, и через несколько минут он уже сидел с оружием в руках, пытаясь разобраться в том кровавом бардаке, что творился во вражеском лагере. Благо видно всё было как на ладони.
Вот строй адорнийцев, вот его бледное подобие в исполнении доктов. Вокруг разбросанные по земле тела убитых и раненых, и, судя по доспехам и оружию, большинство из них имперцы. Даже будь силы противников равны, любой сказал бы, что лорд Лигран нанёс «железячникам» весьма ощутимый урон, а уж в условиях такого перевеса по Героям и говорить нечего.
Кстати, о принявших прайм. Сильвару Лерой не увидел, а вот троих её коллег заметил сразу. И именно в тот момент, когда им был отдан приказ атаковать.
Больше всего это походило на три огненных смерча, которые вгрызлись в ряды адорнийцев, оставляя за собой лишь мёртвые тела. Дуэлянт с остробоем, Тень с веером и Егерь во главе небольшой стаи призрачных волков сражались подобно так любимым доктами машинам. Ни одного лишнего движения, каждый удар наносит тяжёлую рану, каждый шаг заставляет отступать. Как простой смертный может противостоять такой силище?!
Лерой не помнил, как до уха натянул тетиву, прицелился и выстрелил в Егеря. Раз… другой… третий… Его поддержали другие лучники, но всё мимо. Слишком быстро двигались Герои, слишком часто применяли свои особые способности, слишком много прайма поглощали из тел убитых адорнийцев. Да, меньше, чем после гибели бессмертных, но всяко достаточно.
А затем в победном шествии принявших прайм вдруг случился сбой. Против Героя выступил смертный маг и победил. Этот миг, когда чары лорда Лиграна отсекли Егерю голову, а меч раскроил череп его клыкастому скакуну, намертво отпечатался в памяти Лероя. Это было… впечатляюще! И воодушевляло как ничто другое. Марик был абсолютно уверен: как бы дальше ни сложилась его жизнь, он всегда будет равняться на своего лорда. И драться до конца.
— Бей солдат, раз с Героями не выходит! — заорал Лерой и первым подал пример.
Плевать, что снова начинает болеть бок, что сочится кровь и дрожат руки. Он должен сражаться, и даже если ему предстоит сегодня уйти за грань, он сделает всё, чтобы унести с собой как можно больше имперцев. Тварей, которые сейчас толпой избивали его лорда!
Разумеется, Марик чаще мазал, чем попадал. Дело даже не в ранах: он всегда был посредственным стрелком, предпочитая честный клинок луку и стрелам. Зато остальная троица показала всё, на что способна, и доктские солдаты начали гибнуть один за другим. Не понимая, откуда к ним пришла смерть.
Впрочем, это не могло продолжаться долго: рано или поздно их бы обязательно заметили и приложили
