В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
подобно забою бессловесного стада на скотобойне. И лишь самые везучие или же более быстроногие смогли ускользнуть от распробовавшего вкус победы неприятеля. Выжили и те, кто сохранил порядок и отступил организованно, построившись в каре и отражая наскоки опьяневших от крови баронских бойцов. Таких отрядов было очень мало, но все же они были. И их пока не трогали, предпочитая более легкую добычу.
Именно так отступали и Скорпионы из резерва вместе со Львами. Объединившись в единый, ощетинившийся жалами клинков и укрывшийся щитами строй, образовав нечто вроде черепахи, солдаты спорым шагом двинулись к горам. Если бы капитану третьей роты Скорпионов, взявшему командование на себя, предложили выбор, то он двинулся бы в противоположном направлении… Но вокруг были враги, а на южном склоне Козьих гор оставался хоть какой-то шанс.
К вечеру обессиленные легионеры разбили лагерь у северо-восточных отлогов гор, что и стало их ошибкой. Место стоянки солдат проигравшей армии вскоре окружили несколько сотен всадников легкой кавалерии врага. Перед строем измученных, приготовившихся к отражению атаки бойцов возник предводитель вражеских всадников и, странно коверкая слова, прокричал предложение сдаться.
— Слышь, Кайфат! Да это же тот самый охотник до чужих голов! — Терн говорил хрипло, словно бы выдавливая из себя слова.
К’ирсан согласно кивнул — это действительно был тот самый орк, весьма своеобразно насмехавшийся над еще не оправившимися после ночной атаки на лагерь людьми. Оказывается, он далеко не простой боец.
— Что тебе надо, отродье Бездны?! — заорал выглянувший из-за щита капитан. За все время нахождения в Грумбале К’ирсан видел его лишь пару раз и потому совершенно не знал, что можно ожидать от нового командира.
— Сдавайтесь! Вам некуда идти! — прокричал орк, и в приближающихся сумерках блеснули его здоровенные клыки. — По ту сторону гор несколько полков тяжеловооруженной конницы! — Орк расслабленно откинулся в седле.
По рядам солдат побежал ропот, и капитан, оглянувшись, приглушенно приказал всем заткнуться. Тут снова свою речь продолжил командир вражеской кавалерии:
— Благородные будут в комфортных условиях ожидать выкупа, а остальные… Что ж, в баронствах всегда не хватало рабочих рук, и дешевые рабы требуются всегда!
В голосе зеленокожего воина звучало откровенное презрение к выбравшим подобную судьбу. Именно так говорил о рабах и плене Дарг — с истинным высокомерием опытного бойца, вся жизнь которого прошла в бесконечных сражениях, для которого искусство войны стало религией. Кайфат переступил с ноги на ногу и сжал рукоять меча — в рабство он больше никогда не попадет! Холодное бешенство захлестывало с головой, грудь сдавило, и кровь отхлынула от лица. Он больше никогда не попадет в рабство, никогда и ни за что!! И пусть уже не будет магического ошейника шаманов гвонков,[78] и шансы на побег будут несравненно выше… Плевать, он не для того грезил свободой!
Надо отдать должное капитану — он недолго раздумывал над предложением клыкастого недруга. Ответ его был короток, но довольно эмоционален и энергичен. Выполни орк пожелание человека, то от столь разнузданного поведения под нечестивцем горела бы земля.
— Бледнокожие глупцы! — зычно проорал орк, и его фигурку поглотила набирающая разгон волна всадников.
— Держать строй! — рявкнул капитан, и над шеренгами заметались голоса повторяющих приказ лейтенантов и сержантов.
К’ирсан не был в стороне от этих приготовлений к грядущей битве. В его взводе не осталось капралов, и приходилось надеяться только на знакомых опытных ветеранов.
— Старайтесь бить лошадей! Морда, ноги, брюхо — главное даже не убить, а просто ранить. Они ж не люди, чтобы боль терпеть! Да и не всякие люди ее выдерживают! — спешно напоминал солдатам К’ирсан.
Ну почему так мало ветеранов?! Многие новички бледнели лицом, в их руках ощутимо подрагивали ставшие неподъемными щиты. Стремительно приближающаяся лавина оскаленных морд, сотен дружно врезающихся в землю копыт и гикающих всадников, пригнувшихся к гривам коней и выставивших вперед копья, могла напугать кого угодно. Это не строй пехоты, пусть и опасный, но все же не настолько ужасающий. Оставалось благодарить всех богов за то, что здесь не было тяжеловооруженной конницы с той стороны гор.
Многие конники на скаку стреляли из луков, и в рядах легионеров тут же появились первые бреши.
— Щиты! Да не забывайте же про эти хфурговы щиты! — К’ирсан кричал уже не только на своих легионеров.
Со стороны обороняющихся полетели редкие стрелы, но остановить неудержимый вал вражеской конницы они не могли. А потом началась рукопашная. Удар
