В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
— Ваше Величество, позвольте поздравить вас с нашей общей победой над врагом. Древняя столица наконец вернулась под покровительство наследника доблестного рода Рансов, — вежливая улыбка без проблеска чувств и короткий, едва заметный смешок. — Жизнь не похожа на спящую заводь, она кипит и рвется вперед. Многое требует решения даже в день торжества… — По бледному лицу вновь скользнула тень улыбки, и князь-маг чуть жестче произнес: — Война еще не закончена, и крови будет немало, но Совет заинтересован в создании постоянного посольства в Равесте уже сегодня. Как скоро можно… уладить сей вопрос?
Как много можно сказать паузами, недомолвками, игрой слов и намеками. Ну, казалось бы, что странного в вопросе? Эльфы желают скорей разместить в городе своих представителей и дипломатов, наладить цивилизованный диалог с союзником. Но почему Гелид ощущает себя прижатым к стене рогатиной, острие которой уже начало медленный путь к сердцу?!
За городом остались пять сотен эльфийских воинов, не участвовавших в торжествах, тех самых воинов, которые безо всякой магии выкосили весь левый фланг армии Курта Гудкара лавиной стрел. Очень неплохой аргумент для начала разговора, но посланник Маллореана изящно его обошел. Разве что посетовал на обилие крови в будущем, дескать, умный — поймет! Гелид же не дурак, и проклятых союзников держал в уме постоянно.
— Как только в канцелярию первого министра будут представлены списки членов посольства, то подходящее здание найдется в кратчайшие сроки, — нашел в себе силы широко улыбнуться Ранс и сцепил пальцы в замок. Как-то естественно разговор переместился за стол. Гелид сидел в своем рабочем кресле, а гости пододвинули пару стульев.
— Вам завтра же будут предоставлены самые полные списки. А также текст полноценного союзного договора. Вы ведь не передумали, Ваше Величество, прежние соглашения о дружбе остаются в силе? — с безукоризненной вежливостью поинтересовался Эльнир. В лицо короля дохнуло холодом, а по спине побежала капелька пота. Как они узнали про договоренности с Нолдом?! Кто предал, кто?!
— Разумеется, мы помним о тех, кто подал руку помощи нашему народу в тяжелое время. Подозрения в забывчивости попросту оскорбительны, — Гелид нашел силы унять зародившуюся дрожь и говорил со сдержанным возмущением. С гневом, правда, тоже нельзя переборщить, гордецы Перворожденные не отличаются терпимостью.
— Никто и не думал оскорблять Ваше Величество и народ Зелода. Прошу простить за резкие и необдуманные слова. — Князь-маг ответил неспешно, позволив себе легкую усмешку. «Ты понимаешь меня, я — тебя. Но этикет этикетом, не будем разрушать правила игры!» — именно это читалось в глазах Эльнира.
Рядом с эльфийским чародеем сидел каменным изваянием Ул’исер. Он будто и не дышал, унесшись мыслями в затерянные дали. Голос Совета всего лишь бессловесный спутник в этой беседе, ничего более.
— Ваше Величество, думаю, вы понимаете, что все эти вопросы вполне можно решить и с представителем Совета князей в Зелоде, — кивнул колдун в сторону эльфийского собрата. — Присутствие мага для этого совсем не требуется, ведь так?
Наконец разговор перетек от дипломатии и взаимных договоров к теме опасной, со шлейфом древних кровных обид и увязших в грязи полузабытых интриг.
— Правильно, кроме войны и мира есть нечто более серьезное. Вижу, догадался. — Эльф не отрываясь смотрел в глаза Гелида. — Да погладь ты его, что себя зря терзать! А лучше на колени возьми или перед собой положи, если спокойнее так.
Сердце молодого Ранса судорожно ухнуло в пропасть и тут же вернулось назад. Проклятый длинноухий, куда-то упорхнули все эти опостылевшие «ваше величество», «король», словно мальчишка-новобранец перед старым воякой-капитаном стоишь! Хоть телохранителей с началом разговора догадался за дверь выставить, позора избежал. Руки опять задрожали, и Гелид, внезапно решившись, подхватил стоящий рядом со стулом Молот и положил на стол. Наконечник гулко ударился о дерево.
— Хорош, вот он истинный лик Искусства. Непритязательная простота снаружи и головокружительная красота глубоко внутри, — лаская взглядом каждую черточку артефакта, прошептал маг, даже Ул’исер ожил и теперь косился на древнее оружие с гадливой опаской.
— Ты давно видишь сны? — не поднимая глаз, внезапно поинтересовался Эльнир.
— К-какие сны? — заикаясь, спросил Ранс. Исчез проснувшийся в его душе государь, уступив место прежнему мальчишке. Князь-маг в ответ вздохнул и тяжело уставился на короля:
— Память предков, далеких и не очень. Рваные эпизоды из их жизни, красочные картинки ухода в иной мир… Мальчик, Молот Зелода всего лишь грубая оболочка
