В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
в расчетах, потому немного задержался.
– Жаль время поджимает, а то было бы неплохо поближе познакомиться с завратными землями. Судя по твоим словами, они настоящий кладезь секретов и тайн, – сказал Кардинал задумчиво. Тагир молча кивнул.
Тайны, вокруг одни тайны, подумал Захар с неудовольствием. Вроде и пригласили на совет, оказали доверие, а все равно есть нечто такое, до чего не допускают. Хорошо, по рукам не дают за любопытство.
– Совсем забыл спросить о состоянии Артема, – спросил Хмурый. – Нет ли изменений?
Тагир хмыкнул.
– С ним полный порядок. Инициация прошла успешно. Зверь прижился, и наш гордый, но слабый мальчик теперь совсем не тот, что раньше. Еще не волк, но уже волчонок.
– Хорошо. Значит, у него есть шанс. Надо будет поискать его на досуге, – улыбнулся Дымов, изрядно напугав Захара. Черт, эти Сноходцы просто чокнутые! То ли дело оборотни – простые ребята. Все чувства на лице аршинными буквами написаны. Если смешно – улыбается, если бешенство с головой захлестывает, то клыки растут. А у этих все как у нелюди какой-то. Лицо спокойное, словно неживое, а изнутри призрак такой зверюги просвечивает, что жуть берет…
Касаемо планируемого блицкрига, они так ни к чему конкретному и не пришли. Сидя в штабе да флажки на карте расставляя, много не навоюешь, а потому решили провести разведку на местности. Георгий с Николаем остались за главных, остальные отправились к Башне ближайшим порталом…
Неприятности начались почти сразу.
Переход занес их в грязный подвал, затопленный вонючей маслянистой жижей. Врата открылись на невысоком каменном выступе, неведомо как образовавшемся на трансформировавшейся в камень стене. Попав в кромешную тьму, Захар оступился и сорвался вниз. Остальные, наученные его горьким опытом, спустились сами, лишь Вадим ушиб ногу, споткнувшись об обломок трубы.
По пояс в воде они долго блуждали в лабиринте кладовок, распугивая местную живность. Когда же продрогшие, злые и раздраженные, вышли к лестнице, то сразу нарвались на затаившуюся в темноте тварь. Шедший впереди Вадим только и успел гортанно вскрикнуть, как серая тень сбила его с ног. Яростная борьба продолжилась под водой, остальным пришлось просто стоять и ждать развязки. Разобрать, кто из сражающихся Вадим, не смог даже едва ли не всемогущий Кардинал, видевший в темноте гораздо лучше остальных.
Оборотень справился и сам: располосовал когтями мягкое брюхо зверя, едва ли не зубами вырвал глотку. И ухитрился до икоты напугать Захара, прямо перед ним вынырнув на поверхность. Кошачьи глаза полыхали зеленым, а хриплое дыхание напоминало свирепое рычание.
– Цел? – спросил Кардинал и получил в ответ утвердительное бормотание.
…Выбравшись наверх, они столкнулись с неприятными последствиями пребывания в подвале. С них ручьями текла вода, подошвы ботинок противно хлюпали. На бетоне оставались заметные следы грязи. Неприятный поворот событий, очень неприятный.
Кардинал о чем-то вполголоса переговаривался с Тагиром, перед ними шагал напряженный и собранный Вадим. Все при деле, один Захар не мог думать ни о чем ином, кроме как о сонме паразитов, наверняка обитающих в грязи подвала. Прочитанная однажды книга о тропических болезнях оставила ощущение страха и гадливого омерзения, а некоторые ее фрагменты нет-нет да и всплывали в памяти. Вот как сейчас.
На седьмом этаже Кардинал молча тронул Вадима за плечо, и тот завернул в квартиру с неровным проломом на месте входа. Какая-то сила выворотила железную дверь вместе с косяком и отбросила в коридор. Глядя на эту груду искореженного металла, Захар нервно передернул плечами. На взрыв не похоже, а иные объяснения в голову никак не шли. Не руками же здесь поработали!
– Башня за девятиэтажкой, – Вадим ткнул пятерней в окно с чудом сохранившимися стеклами. По-хозяйски поднял с пола табурет, смахнул тут же подобранной тряпкой пыль и с удовольствием уселся посередине кухни. Найдя взглядом Захара, замершего за спинами вновь начавших шептаться Сноходцев, качнул головой в сторону зала. – Надо проверить.
Захар понятливо кивнул.
Опасения старшего оборотня оказались напрасны: кроме них, в квартире никого не оказалось. Кто-то в свое время немало постарался, круша все направо и налево, и теперь здесь нечем было поживиться даже самому нетребовательному мародеру. Во всех комнатах изрублена мебель, вспороты подушки, изрезаны ковры. Под ногами хрустит мелкий мусор. На стене в одной из спален кто-то вывел зеленой краской имя «Мыкола Липицкий». Странную фамилию или прозвище заляпала россыпь темных брызг, навевающих неприятные мысли о судьбе несчастного
