В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
с которых «чистые» и начали свою войну с Мечеными.
– Они одни. Возвращались то ли с охоты, то ли с патрулирования района, заглянули в подъезд, а там свежая грязь. Вот и решили проверить на свою голову. – Вадим легонько пнул одно из тел. – Этого лишь придушил немного, скоро очухается…
Вдвоем они оттащили оглушенного противника к батарее и привязали ремнями, в рот затолкали кляп из футболки погибшего товарища. Захар обнаружил у двоих погибших фляги с водой и, вернувшись в зал, принялся с ожесточением оттирать присохшую корку грязи.
Из спальни донесся голос Кардинала.
– Что у вас здесь случилось?
– Напал кое-кто, – лаконично ответил Захар. Вдаваться в подробности и закладывать Вадима он не собирался. Заглянувший Тагир наградил его неприятной усмешкой.
– Ну, у тебя и видок. Свиней резал?
– Может, и свиней… – подчеркнуто равнодушно ответил Захар, заставив молодого Сноходца нахмуриться.
Зарождающуюся ссору прервал Вадим.
– Кардинал, у нас пленник очнулся.
– Иду.
Командир прошел на кухню, поманив за собой Тагира. Не желая оставаться в стороне, Захар двинул следом. В крохотной типовой комнатке сразу стало тесно и им с Тагиром пришлось выйти в пахнущий кровью коридор.
– Посвети.
Чиркнув колесиком зажигалки, Вадим приблизил огонек к лицу пленника. Тот замотал головой и принялся мычать через кляп.
– Будешь отвечать на мои вопросы? – поинтересовался Кардинал и, на мгновение прислушавшись, добавил: – Почему-то именно так я и думал.
Обхватив голову неудачливого бандита руками, он сжал ему виски и заставил смотреть себе в глаза. Захар вспомнил свое первое знакомство с силой Хмурого и зябко повел плечами: проклятое зеркало он вряд ли когда забудет.
Поединок взглядов закончился, едва начавшись. Пленник начал сучить ногами и истерически выть. До обостренного обоняния Захара донесся неприятный запах, перебивший даже тяжелый дух пролитой крови.
– Хватит? Теперь будешь говорить или повторим? – с прежним спокойствием уточнил Кардинал.
Пойманный бандит сломался. Стоило вытащить у него кляп, как он выложил все, что знал. Захлебываясь слезами, он говорил и говорил, надеясь никогда более не испытывать такой муки…
В Башне жили сто семь человек – восемь детей, шестьдесят женщин в возрасте от шестнадцати до пятидесяти и тридцать девять мужчин. Командовал всем по-прежнему Вадим Тарасов. За ним стояло большинство, но в Башне нашлось место и для оппозиции. Месяц назад к ним прибился один эфэсбэшник с семьей и теперь начал тянуть одеяло власти на себя. Тарасов уже не раз высказывал недовольство активностью пришельца, но ничего кардинального не предпринимал. Терпел. Сам пленник входил в правящую клику, что не мешало ему сочувствовать лидеру оппозиции.
Как они и думали, вооружен гарнизон Башни был серьезно: на крыше стояли два пулемета ПКС, на седьмом и пятом этажах оборудованы гнезда для стрелков, а в арсенале хранился ручной пулемет Калашникова, пара выстрелов к «Шмелю» плюс ружья, автоматы и пистолеты. По нынешним меркам сила немалая…
Напавшая на них группа возвращалась с патрулирования соседних улиц. Там резко возросла активность «чистых», и хозяева Башни оставить этот факт без внимания никак не могли. Пусть и добрый сосед, но насквозь непонятный. Кто знает, что на уме у фанатиков?
– Инициированных Меченых у них нет, – дополнил рассказ пленного Кардинал. – Днем отсыпаются, а основная жизнь кипит по ночам. Судя по снам, многие боятся ночных атак какого-то зверья. Нам с Тагиром так и не удалось поймать четкий образ, но похоже на птеродактилей с вокзала.
– А что насчет Тварей Изнанки? – заинтересовался Вадим.
– Мы и вправду не нашли следов Прозрачников. То, что дома в овраге стоят, тому причина, или просто место такое, правильное, но гости с той стороны сюда не заглядывают.
Старший оборотень впервые на памяти Захара не поверил Кардиналу на слово и уточнил у пленника. Тот подтвердил слова командира, и страх, с которым он смотрел на того после пытки взглядом, сменился настоящим ужасом. Ненахов его понимал, он и сам побаивался сверхъестественной власти Хмурого…
Со слов пленника, Тагир долго рисовал примерную схему подходов к Башне и план этажей. Светивший ему зажигалкой Вадим вполголоса чертыхался и плевал на обожженные пальцы. Хорошо хоть, у него была не китайская подделка, а нечто фирменное в хромированном корпусе. Пластмассовая дешевка сдохла бы через пару минут.
– Быстро уходим, – скомандовал Кардинал, стоило Тагиру закрыть блокнот с рисунками. – Врата откроются минут через двадцать, а до них идти с километр. Надо спешить. Иначе придется всю ночь в каком-нибудь
