В 2001 году поступил в очную аспирантуру, совершенно не представляя зачем это сделал. Этот же год ознаменован происшествием, сильно изменившим дальнейшую жизнь. Поспорил с одногруппником о творчестве Ника Перумова, где узнал, что собеседник в состоянии написать лучше.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
Затем разворот, резкий толчок, и он летит обратно. Теоретически Антон мог успеть среагировать и встретить Лазовского прямо в воздухе. Не важно как: приласкать шестом, взять на приём или просто сбить на пол – главное встретить. Но на деле это очень и очень непросто. Особенно когда твой противник двигается настолько быстро.
Волков хорошо натаскал Артёма. Удар локтем сверху вниз по голове был выполнен просто идеально, после такого встают только в кино. Даже оборотень, прошедший Первую Пелену, вырубился бы на пару секунд, что уж говорить про человека. Чистый нокаут.
Антон ещё падал, когда Артём по-кошачьи мягко приземлился на ноги и развернулся навстречу очухавшемуся Димону. В поединке один на один у того был единственный шанс на победу – закончить всё первой же атакой, пока Лазовский не успел призвать на помощь умения Сноходца.
Боксёр ткнул кончиком шеста ему в лицо, затем попытался сделать разворот и подсечь колено, но слишком поспешил. Стремясь не дать Артёму применить его Дар, он забыл о собственной защите, сильно сократил дистанцию и… проиграл. В реальном бою любой Сноходец тут же вырвал бы ему сердце или порвал горло, но парень отделался лишь коротким тычком раскрытой ладонью в грудину. Артём даже не стал вкладывать в него силу, ограничившись слабеньким импульсом энергии Изнанки. Этого хватило, чтобы Димон отшатнулся и тяжело задышал.
Волков объявил об окончании схватки.
Чистая победа! Артём почувствовал, что улыбается. Встретился взглядом с хмурым Димоном и развёл руками – извини, брат, так получилось. На что тот зло фыркнул и, потирая место, куда пришёлся последний удар, скрылся в подсобке.
Лазовский едва не крикнул ему в след что-нибудь едкое о неспортивном поведении, но сдержался и склонился над всё ещё лежавшим без сознания Антоном. Приложил левую ладонь к его затылку, сосредоточился и, ощутив контакт, направил туда волну тепла. Через секунду недавний противник зашевелился.
Ну и отлично! Больше всего Артём боялся не рассчитать силу и покалечить, а то и вовсе убить. Как там говорил Волков: «Люди ведь такие хрупкие, их очень легко сломать…»
От входа в зал донеслись негромкие хлопки.
Артём повернулся, только и успев увидеть, как в дверях скрылся кто-то очень похожий на спасённого им из плена Сноходца. Того самого Партизана, инициированного Медузой. Он двинул было следом, но подошедший тренер удержал его за рукав.
– Не спеши. Есть разговор.
– Но я хотел … – попытался возразить Артём, да куда там.
– Успеешь ты ещё пообщаться с этим новичком. Никуда он от тебя не денется. Тем более раз уж он так интересуется поединками с твоим участием, – сказал Волков вкрадчиво, осторожно увлекая ученика в дальний угол зала. – Есть более важные дела.
– Это какие же? – спросил Артём недовольно. Но, покосившись на недовольно поджатые губы тренера, устало вздохнул и плюхнулся на лавку.
– Другое дело, – усмехнулся Волков и пристроился рядом. – Мне понравилось, как ты сейчас дрался. Пусть сделал кучу ошибок, едва не проиграл, но понравилось.
– Ого, спасибо… – начал было Артём, но наставник грубо его прервал.
– Погоди… И знаешь почему? Во второй части боя ты начал думать не как старательный ученик, тупо повторяющий заученные приёмы. Нет, ты впервые сражался как Сноходец. Пытался соединять возможности, которые даёт тебе Дар, и наработанные у меня боевые навыки.
– Простите, тренер, но я с вами не соглашусь, – Артём недоверчиво хмыкнул. – Способности виритника я применяю уже больше полугода. Собственно, лишь благодаря им и жив до сих пор.
Волков покачал головой.
– Да, но только сегодня ты не просто дрался, сегодня ты сыграл шахматную партию. Впервые применил то, что прячется у тебя здесь, – наставник постучал пальцем по лбу, – по делу. Запомни этот день. Если не остановишься на достигнутом, то быстро изживёшь свои комплексы по отношению к Тагиру, Кардиналу и остальной вашей братии.
Похвала звучала приятно. Все любят, когда другие высоко оценивают их успехи. Одна беда, именно сейчас Артём вдруг понял, что ему этого уже слишком мало. Он справился с собственным безволием, осознал своё место в жизни и, наконец, увидел достойную цель, к которой стоило стремиться. В свете всего этого перспектива избавиться от сложностей в общении с Кардиналом и его помощником выглядела весьма бледно. Впрочем, тренеру ничего такого он говорить не стал.
После разговора с Кардиналом внешне в жизни Артёма ничего не изменилось. Он всё так же ходил в рейды, в меру своих сил натаскивал Гулидова
