Ник Перумов (Николай Данилович Перумов) родился 21 ноября 1963 года — российский писатель-фантаст. В данное время живет в Северной Каролине (США), где пишет свои книги, а также работает в научном институте по своей основной специальности — биолога. В данное издание вошли избранные произведения автора. Содержание: Верное слово (цикл) Похитители душ (трилогия) Империя превыше всего (дилогия)
Авторы: Ник Перумов
охране очень сильного мага. Кабы всё было б так просто, так зачем тогда их разведка? Накрывай колпаком своим целый десантный батальон да сапёров-понтонёров, танкистов-артиллеристов с боевыми магами, и вся недолга!
Уж нет ли тут и впрямь какой измены? Товарищ генерал-полковник, член Военного совета фронта, так просто словами бросаться не станет. И уж раз сказал он ему, старшему сержанту Петрову, такое — значит, имел веские основания.
Серёга наваливался на вёсла, стараясь не очень пялиться на заклинательницу.
Они плыли уже в глубоких сумерках, лица её под низким капюшоном было не разглядеть, но Серёга готов был дать честное комсомольское, что сидит напротив него сейчас не молодая девчонка, а древняя старуха. Сидит, перебирает какие-то узелки костистыми высохшими пальцами, шепчет что-то, бормочет, и тьма вокруг их лодчонки словно бы делается ещё гуще и непрогляднее.
Плещет о борта днепровская волна, сносит лодку сильным течением, а вокруг — мёртвая тишина. Ни наши не стреляют, ни фрицы. И не только не стреляют, они и ракет осветительных не вешают, хотя раньше что ни вечер — «люстры» в небе одна за другой, не переставая.
Уж не ждут ли их и в самом деле на том берегу? Уж не приготовили ли им фрицы тёплую встречу?
— Какая изоляция, господа, какая потрясающая изоляция! Нам бы под Орлом осенью девятнадцатого такую, нипочём бы не отступили, в капусту покрошили бы краснозадых…
— Мишель! Не забывайтесь, — строго бросил Иннокентий Януарьевич. — Уж вспомнили б тогда Восточную Пруссию, Танненберг, Вторую армию…
— Самсоновская катастрофа, ваше высокопревосходительство, была катастрофой только одной армии. За нами целый фронт стоял. А вот в девятнадцатом, как ударили по нам, так плечо подставить уже и некому было. Покатились на юга… сперва к Новороссийску, потом в Крым, а потом из Крыма. Не помешало б нам и там такое прикрытие, как есть не помешало бы…
Шестеро людей застыли в приречных зарослях. Не горит костёр, сняты часы, кольца, погоны, выложены из карманов портсигары и перочинные ножи. Даже вместо ремней и портупей, смешно сказать, брезентуха какая-то без пряжек.
— Можете показать их нам, Мишель? Или демаскируем?
— Так точно, ваше высокопревосходительство, показать можно, маскировку не нарушим. — Гвардеец что-то прошептал, проделал несколько неразличимых жестов, и прямо под ногами старого мага и его свиты засветилось что-то вроде небольшого оконца.
Иннокентий Януарьевич коротко кивнул.
— Давайте пояснения, Мишель. Поводок — это ведь ваша затея.
— Моя. — Могло показаться, что гвардеец ответил с секундным колебанием и не столь твёрдо. — Слушаюсь, ваше высокопревосходительство. Они сейчас должны подняться на левый берег, прямо по гребню высоты. Там у германцев передовой рубеж. Они должны пройти и оставить гостинец. Если мы всё верно рассчитали — а я не сомневаюсь, что это именно так, — неприятель их не увидит и не услышит. Оттуда урочищем спустятся вниз. На западных склонах там и блиндажи накопаны, и всё прочее. Противотанковая артиллерия, самоходные орудия… Наша пара оставит им ещё два гостинца. Потом самое трудное. Надо пройти почти пять километров через сплошной пояс траншей и минных полей, оставляя малые подарочки, пока не доберутся до Чёртова Лога. Там узел обороны 246-го пехотного полка, там боевая группа Отто Кариуса, 502-й тяжёлый танковый батальон
. Их до сих пор не сняли отсюда и не перебросили под Букрин.
— Значит, они нас тоже тут ждут…
— Скорее всего, оставили «пожарную команду» на весь стокилометровый фронт, остальные резервы все под Букрином. Вот там-то ребята наши и положат самый главный гостинец, корзинку с пирожками, и…
— И мы откроем ровную дорогу в Заднепровье, — спокойным голосом закончил генерал-полковник.
— Именно так, ваше высокопревосходительство. Но… для достижения гостинцами полной эффективности…
— Я принял меры, Мишель, — отрезал старый маг.
— Виноват, ваше высокопревосходительство, но… дерзну заметить, неужели они не раскусят столь нехитрую комбинацию? Не поделятся друг с другом, что вы им говорили?
— Мишель, дорогой мой. За кого вы меня принимаете? — холодно усмехнулся Верховенский. — Разумеется, они поделятся. Разумеется, они скажут, что сержанту я велел смотреть за ведьмой, потому что она в оккупации была, а ведьме приказал следить за сержантом, потому что он сорвиголова и может очень даже просто угробить всю операцию! Разумеется, иначе и быть не может!
Свитские переглянулись.
— Фомы неверующие, — снова усмехнулся старый маг. — «Если
